ВИЛЛИЕ, Яков Васильевич, баронет

Виллие, баронет, Яков Васильевич (James Wylie), действительный тайный советник, русский военно-медицинский деятель (1768-1854). Уроженец Шотландии, Виллие в 1790 г., уже со степенью доктора, прибыл в Россию и начал службу лекарем в Елецком пехотном полку (см.); в 1799 г. он был назначен лейб-хирургом, а в 1806 г.  –  главным инспектором по медицинской части армии, масон одной из лож английского обряда.

Портрет баронета Я. В. Виллие. Конец 1840-х - начало 1850-х. Portrait of the Scottish Baronet James Wylie, Personal Physician to Emperor Paul I and Emperor Alexander I and Actual Privy Councillor Холст, масло. 81 x 65

Портрет баронета Я. В. Виллие. Конец 1840-х - начало 1850-х.

Portrait of the Scottish Baronet James Wylie, Personal Physician to Emperor Paul I and Emperor Alexander I and Actual Privy Councillor

Холст, масло. 81 x 65

Справа внизу на лицевой стороне красной краской: 1438; на кресто­вине подрамника бумажная на­клейка с надписью чернилами: Зичи. Виллие. Я. В.

Поступил ГРМ в 1911 от М. Я. Виллие (Санкт-Петербург) Ж-2623

Изображен в мундире лейб-медика с орденами: Св. Александра Невского с алмазами (лента и звезда), Св. Вла­димира 1-й степени (крест на ленте под мундиром и звезда), Св. Анны 1-й степени с алмазами (крест на шее), Св. Леопольда 2-й степени (австрий­ский; крест на шее и звезда), Вюртем­бергской короны (крест белой эмали на шее), Баварской короны (розетка из восьми белых лучей на шее). На груди под лентой виден край знака отличия з.а беспорочную службу. В колодке медали: „В память Отечест­венной войны 1812 года" (серебряная боевая на Андреевской ленте), „За взятие Парижа 19 марта 1814 года", „За русско-турецкую войну 1828-1829", а также французский орден Почетного легиона (пятиконечный крест белой эмали на красной ленте).

Все эти ордена и медали, судя по све­дениям адрес-календаря, Виллие имел уже в 1841.

В Каталоге 1980 - Зичи М. А., не датиро­ван.

Авторство М. А. Зичи вызывает сомнения, так как персонаж изобра­жен с регалиями, имевшимися у него с 1840-х, когда художник был очень молод и вряд ли мог исполнять офи­циальные заказные портреты.

Стили­стическое сходство с несомненными произведениями М. А. Зичи отсутст­вует, в издании великого князя Нико­лая Михайловича „Русские портреты XVIII-XIX веков" портрет воспроиз­веден без указания авторства (СПб, 1906, т. II, № 186).

Датируется на ос­новании биографических данных о персонаже и изображенных на портре­те наградах.

Участвовал в убийстве императора Павла I, перезал сонную артерию, что явилось причиной смерти Павла I.

С 1809 г. по 1838 г. Виллие был президентом медико-хирургической (ныне военно-медицинской) академии. Занимая также (с 1808 г.) пост управляющего медицинскою экспедициею, он несколько лет ведал всей медицинской частью Империи, принимая в то же время участие во всех походах Александроской эпохи. На полях сражений Виллие пришлось производить немало операций и оказывать врачебную помощь видным генералам: под Кульмом  –  марк. Лондондерри и марш. Вандаму, под Лейпцигом  –  гр. Радецкому, под Ганау – гр. Вреде, под Дрезденом  –  ген. Моро.

Во время смотра союзных войск под Вертю, близ Парижа, союзные монархи горячо благодарили императора Александра за усердную и деятельную помощь, которую Виллие оказывал раненым союзникам.

В последний период жизни, оставив в 1836 г. должность директора военно-медицинского департамента военного министерства, занятую им со времени учреждения таковой (1819), Виллие сохранил лишь звание главного инспектора медицинской части армии. Посвятив более 50 л. службы военно-медицинскому в делу, Виллие проявил себя как выдающийся администратор и произвел крупные реформы в военно-медицинском ведомстве: преобразование медицинской коллегии в медицинскую экспедицию и затем в медицинский департамент военного министерства, учреждение военно-медицинского ученого комитета, усовершенствование госпитальной и лазаретной части, издание инструкций для борьбы с войсковыми болезнями, учреждение департамента казенных врачебных заготовлений, основание "Военно-Медицинского Журнала" и т. д.

В качестве президента медико-хирургической академии он способствовал расширению ее и обогащению лучшими профессорами и клиницистами. Очень крупной величиной он был и как врач-практик, и как научный деятель. Как человек, Виллие отличался замечательным бескорыстием и прямотою: в 1819 г., указывая во всеподданнейшем рапорте, на необходимость гигиенических мер для борьбы с чумою, он подробно нарисовал неприглядную картину тогдашнего военного быта и притеснений солдата; гр. Аракчеев, получив этот рапорт, лично явился к Виллие и дружески просил рапорт взять обратно, чтобы "не огорчать Государя", но получил решительный отказ и заявление, что в рапорте "нет ничего, кроме сущей правды", и что он "никогда не берет назад того, что подписал".

Все свои сбережения – миллион руб. Виллие завещал на устройство клиники (ныне носящей имя баронета Виллие) при медико-хирургической академии.

В 1859 г. в Спб. перед зданием академии Виллие воздвигнут памятник. Из печатных трудов Виллие отметим: "Наставление, служащее руководством врачам, при наборе рекрут находящимся" (1806 и 1810 гг.); "Pharmacopea castrensis liuthenica" (1808) – первая русская военная фармакопея, выдержавшая 4 издания и действовавшая до 1860 г.; "Краткое наставление о важнейших хирургических операциях" (1806) и "Практические замечания о чуме" (1829).

Письмо Я.В. Виллие к А. А. Аракчееву

Милостивый Государь Граф Алексей Андреевич.

Я имел честь получить от Вашего Сиятельства докладную записку, доведенную Г-м Министром внутренних дел до сведения Государя Императора, и до сих пор на оную не ответствовал единственно по неимению времени. Г. Главнокомандующий 1ю Западною армиею и Начальник Главного штаба Генерал-Майор Ермолов готовы засвидетельствовать истину отзыва моего на сию записку, опровергающего, кажется, достаточно сделанное Государю Императору Г-м Козодавлевым по партикулярному письму донесение. Равным образом и все бывшие в сражениях воинские офицеры подтвердят справедливость моих показаний.

Вскоре по отбытии из армии Государя Императора просили меня Гг. Генералы Граф Остерман-Толстой, Коновницын, Ермолов, Граф Кутайсов и прочие лучшие и храбрейшие офицеры армии остаться при оной; и я, удовлетворяя общему их желанию, оставил тогда же экипажи Его Величества. В Витебске и Поречье имел я случай удостовериться на опыте, что Медицинское в действующей армии управление, существовавшее со времени Аустерлицкой кампании, было вовсе оставлено, а новое не приведено в исполнение. Здесь произвел я многим раненым операции и был свидетелем сделанной наилучшим образом перевязки прибывшим в сии города раненым; но как места, в кои надлежало отправить их для дальнейшей перевязки, не были к сожалению назначены: то тяжелораненные, не имея достаточного числа подвод, должны были из Витебска тащиться в палящий зной, без пищи, без питья, задушаемые пылью, по большой дороге к Поречью, где, отыскав с трудом Генерал-Интенданта армии Катрина, побудил я его доставить им продовольствие пищею и прислать мне несколько ведер вина и уксуса и некоторое количество холста для второй перевязки. Натурально следствием сего было воспаление ран и тому подобное. Некоторая часть раненых пошла на Сураж, и я с тех пор не имею об них никакого известия. Из Поречья по совету Г. Генерал-Майора Ермолова отправил я раненых, с нужным при них числом лекарей, чрез Духовщину на Вязьму, снабдив их медикаментами и потребными для перевязки и для продовольствия их вещами, что доказывается прилагаемою у сего бумагою Генерал-Штаб-Доктора Гесслинга. Следуя за армиею волонтером и не имея еще повеления Государя Императора управлять Медицинскою по армиям частию, получил я в Смоленске предписание Г. Военнаго Министра, который был сам очевидным свидетелем описанного мною безпорядка, вступить в полное оною управление. Я могу удостоверить Ваше Сиятельство, что после сего в сражениях под Смоленском 5 и бго чисел Августа раненые получили наилучшую Медико-Хирургическую помощь и Врачи показали при перевязке их примерную деятельность. Заблаговременно распределены были мною, где нужно, Медицинские Чиновники, снабженные всеми потребными для перевязки вещами на 15 000 раненых. Здесь было в довольно достаточном количестве все, что требовалось для произведения операций и перевязок, для продовольствия пищею и для транспортирования раненых. После отшествия от Смоленска в 15 верстах от онаго по Дорогобужской дороге 7 Августа происходило сражение, где раненым также оказана была всякая помощь. В сражениях при Бородине две трети Врачей распределены были позади третей линии впереди резервного корпуса, остальные же разсеяны были по разным местам в промежутках вдоль по линиям. Посредством сего распоряжения всем раненым в сих сражениях учинены были операции и перевязки, исключая весьма малого числа уклонившихся с большой дороги в стороны. Отсюда до Москвы разставлены были по станциям Лекари как для пересмотра раненых, так и для того, чтобы никто из них не остался на пути сем без помощи. В сии дни Медицинские Чиновники показали отличнейшее рвение при исполнении своей обязанности. Находясь по приказанию Гг. Главнокомандующего всеми армиями Генерал-Фельдмаршала Его Светлости Князя Голенищева-Кутузова и Генерала от Кавалерии Барона Бенигсена в центре позиции, я кроме пересмотра многих раненых сделал от 60 до 80 важных операций. От Смоленска до Москвы по настоянию моему у Г. Генерал-Майора Ермолова назначаемы были всегда места, куда следовало отправлять раненых; но ни он, ни я не предполагали послать их в Москву. За две версты от оной получил я опять приказание сделать все приготовления для перевязки раненых на поле сражения; но в 9 часов вечера 1 Сентября дано внезапно приказание о выводе больных и раненых из Москвы, коих большая часть взяла направление к Владимиру и Рязани, куда для пользования их отправлен мною Г. Лейб-Медик Лодер с 50ю Врачами.

Что принадлежит до 2300 рядовых и 50 офицеров раненых, находившихся в Вязьме, то прибыв в сей город благовременно, отправил я из онаго во Гжатск и в Волоколамск до 11 000 больных и раненых, снабдив их всем нужным для пути. Записка же, составленная Г-м Козодавлевым, получена была мною гораздо после занятия неприятелем Вязьмы. Лекарь Бирт пользовал конечно немалое число раненых офицеров в своем доме; за каковое усердие и вознагражден он орденом Св. Владимира 4й степени и помещением Лейб-Гвардии в Семеновский полк на ваканцию Батальонного Лекаря. Он также в числе прочих Врачей отправлен был с ранеными в Волоколамск; в последствии же поехал сам собою по Рязанской дороге и неизвестно где теперь находится.

Из включаемых здесь приложений Ваше Сиятельство изволите усмотреть, что раненые везде были перевязаны, призрены и тотчас с поля сражения препровождены в подвижныя госпитали, позади действующей армии учрежденныя, исключая немногого числа оставшихся под Витебском, Смоленском и на месте сражения, бывшаго 7 Августа по Дорогобужской дороге. Раненые, отправленные в Москву, получали на каждой станции перевязку; теплую пищу, вино и прочее, и если некоторые из них пособием сим не воспользовались,

то сие произошло единственно от скорого движения армий к Москве, шедших вслед за ними и настигавших их на каждой почти станции. К крайнему моему сожалению не имею я до сих пор сведения, сколько больных и раненых вышло из Москвы: ибо они принуждены были оставить оную внезапно и итти по разным дорогам. Причины же умножения в армии больных должно искать в недостатке хорошей пищи и теплой одежды. Лосих пор большая часть солдат носят летние панталоны и у многих шинели сделались столь ветхи, что не могут защищать их от сырой и холодной погоды. Состояние раненых можно было бы легко улучшить; но сему препятствовали ежедневные движения армии, отчего по сие время нельзя ещё было устроить нигде для принятия их временных военных госпиталей.

В заключение прошу покорнейше Ваше Сиятельство удостоверить Его Императорское Величество в совершенной справедливости всего, что здесь описано и что может быть засвидетельствовано всею армиею, и купно с сим представить Государю Императору, что мне предлежало чрезвычайно много трудностей к преодолению встречавшихся первоначально на каждом почти шагу препятствий в разсуждении должного призрения больных и раненых, и что я смею надеятся, что Его Величество не оставит без вознаграждения Медицинских Чиновников, кои вместе со мною трудились и о коих намерен я сделать представление. Впрочем все желания мои ограничиваются тем, чтобы Государь Император наслаждался всегда вожделенным здравием, чтоб Россия избавлена была вскоре от чудовища, опустошающего ея пределы и чтобы по возстановлении в ней тишины мог я предаться нужному для меня покою.

Примите Ваше Сиятельство прозьбу мою о доведении описанных мною обстоятельств до сведения Его Величества, и купно с тем нелестное уверение в том отличном уважении, коим я к особе Вашей преисполнен и с коим честь имею быть,

Милостивый Государь,
Вашего Сиятельства
Покорнейшим слугою
Яков Виллие

ПАМЯТНАЯ МЕДАЛЬ В ЧЕСТЬ 50-ЛЕТИЯ СЛУЖБЫ ПРИДВОРНОГО ВРАЧА БАРОНЕТА ЯКОВА ВАСИЛЬЕВИЧА ВИЛЛИЕ, 1840

ПАМЯТНАЯ МЕДАЛЬ В ЧЕСТЬ 50-ЛЕТИЯ СЛУЖБЫ ПРИДВОРНОГО ВРАЧА БАРОНЕТА ЯКОВА ВАСИЛЬЕВИЧА ВИЛЛИЕ, 1840

Лицевая сторона:

Бюст Я.В. Виллие влево, в военном мундире, с лентой ордена Св. Александра Невского, с тремя орденскими крестами (в центре — с мечами) на шее, колодкой с четырьмя наградными медалями (медаль за 1812 год, турецкую войну и усмирение Венгрии и Трансильвании) и орденским крестом, тремя орденскими звездами (в центре — Звезда ордена Св. Владимира).

В обрезе плеча подпись медальера: А. ЛЯЛИНЪ.

По кругу в две строки: IMPERAT. ROS. А. CONSIL. INTIM. ET. ARCHIATER. SUPR. REI. MED. CHIR. CASTREN. INSPECTOR. / QUONDAM. ACADEM. MED. CHIR. PETROP. ET. MOSQ. XXX. A. PRAES. ATQ. CUR. MED. DIRECT.; под изображением в три строки: ІАСОВ WYLIE / EQUES BARONETTUS. / MED. ET. CHIR. DR. PLURR. ORDD. EQUES. (Императора России личный советник и придворный врач, инспектор над делами военной медицины и хирургии, некогда в 30 лет назначен президентом Академии медицины и хирургии в Петербурге и Москве, а также куратором медицины. Яков Виллие, рыцарь, баронет, доктор медицины и хирургии, кавалер многих орденов [лат.]).

Оборотная сторона:

Легенда в лавровом венке в 12 строк: (розетка) VIRO. ILLUSTRISS. / SUB. TRIUM. IMPERAT. AUSPIC. / EGREGIO. MEDICINAE. CASTRENS. / IN. ROSSIA. MODERATORI. / ANNOS. L. ARTI SALUTARI. CONSECRATOS. / VENERABUNDI. GRATULANTUR. / ROSSIAE. MEDICI. / PETROPOLI. D.IX. DEC. MDCCCXL. / DECORUM. / FORTITER. PRO. PATRIA. PUGNASSE. / NON. MINUS. DECORUM. / SAUCIUM. SANASSE. MILITEM. (Замечательнейшему мужу, под высочайшим покровительством трех императоров руководителю военной медицины, благоговейно выражается благодарность за 50 лет, посвященных целительному искусству, от российских медиков Петербурга дня 9 декабря 1840. Почетно мужественно за родину сражаться, но не менее почетно исцелять раненого воина [лат.]).


Медальер:
 Александр Павлович Лялин

Материал: Медь, серебрение. 0 53,5 м. ГИМ, в ГМИИс 1961.

Литература: Иверсен 1878, таб. IX, № 5; Смирнов 1908, № 508.

Добавить комментарий

Оставить комментарий

Поиск по материалам сайта ...
Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество»
Проголосуй за Рейтинг Военных Сайтов!
Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова
Книга Памяти Украины
Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...
Top.Mail.Ru