Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Несвоевременные военные мысли ...{jokes}




***Приглашаем авторов, пишущих на историческую тему, принять участие в работе сайта, размещать свои статьи ...***

Павлов, Михаил Григорьевич, доктор медицины и ординарный профессор физики

Павлов, Михаил Григорьевич, доктор медицины и ординарный профессор физики, минералогии и сельского хозяйства в Московском университете.

Родился в 1793, умер 3 апреля 1840 в Москве.

Происходя из духовного звания Воронежской епархии, среднее образование получил в местной семинарии, где прошел также курс философских и богословских наук в объёме семинарского преподавания. По выходе оттуда поступил 30 августа 1813 г. в студенты Харьковского университета, где пробыл, впрочем, только один год, а затем перешел в Московское отделение Медико-Хирургической Академии. Не находя медицинский курс наук достаточно полным, особенно в его основной общей части, посвященной изучению. необходимых для медицины естественных наук, Павлов оставался в Академии только до того времени, когда, по плану преподавания, оканчивалось изучение последних и предстоял переход к исключительным занятиям по медицинским наукам. Для пополнения сознаваемых им тогда пробелов в официальном преподавании — собственным трудом, а также для продолжения занятий естественными науками, к которым он чувствовал все возрастающую склонность, в его распоряжении оставалось одно средство переход в Московский университет, где, одновременно с прохождением курса медицинских наук, на Медицинском отделении можно было проходить курс Математического отделения с входящими тогда в его состав естественными науками. Воспользовавшись этим средством и потому вторично переменив (в 1815 г.) высшее учебное заведение, Павлов в следующем 1816 г. окончил курс по обоим отделениям, получив притом за представленные им сочинения медали: золотую от Математического отделения и серебряную—от Медицинского. Оставленный при университете, он был прикомандирован к Кабинету натуральной истории.

В 1818 г. он заслужил степень доктора медицины за представленную им для приобретения этого звания диссертацию — "Diss. inaug. physiologico-obetetrica de nutritiooe foetus bominis» (Mosq. 1818, in-S°). После того он был послан на два года заграницу для специального изучения естественной истории и сельского домоводства. Этой командировкой Павлов был обязан главным образом основателю Московского Общества сельского хозяйства, Московскому Генерал-Губернатору кн. Д. В. Голицыну, остававшемуся его покровителем и впоследствии. Заграницей он изучал сельское хозяйство у знаменитого в то время Теэра, преданным почитателем которого он остался затем на всю жизнь. Кроме своих специальных предметов, Павлов занимался, как показывают его лекции, натур-философскою системою Шеллинга, которая нашла в нём усердного последователя, старавшегося распространять её учения всеми находившимися в его распоряжении способами.

В 1820 г. он возвратился-в Москву и вскоре (26 декабря того же года) был избран университетом на должность экстраординарного профессора по кафедре минералогии и сельского домоводства. По утверждении в этой должности начальством, он открыл в 1821 г. преподавание порученных ему наук вступительною речью: "О главных системах сельского хозяйства с приноравлением к России (напеч. в 1821 г.).

Помимо наук своей кафедры, Павлов читал в разное время в университете: физику (в 1827 — 28, 1828 — 29, 1833—34, 1834—35, 1835-36 академических годах), технологию и лесоводство. Но главным любимым предметом его деятельности все-таки оставалось всегда сельское хозяйство. Не ограничиваясь чтением лекций по этому предмету студентам, он со свойственною ему настойчивостью стремился распространить сельскохозяйственную науку — в почти или совершенно равнодушном к ней обществе. Средствами распространения служили для него публичное слово и печать. Он читал в течение нескольких лет в Московском университете публичные курсы сельского хозяйства, охотно помещавшиеся любителями из публики и даже некоторыми лицами высшего круга. На университетском акте 1823 г. он произнёс речь "О побудительных причинах совершенствовать сельское хозяйство в России преимущественно пред другими ветвями народной промышленности и о мерах, существенно к тому относящихся». Кроме этой речи, напечатанной по обыкновению при отчете Университета, появились в печати, именно в "Московских Ведомостях», еще и некоторые из публичных лекций Павлова. Не считая достаточным для осуществления намеченных целей такое случайное появление своих сельскохозяйственных статей в печати, он два раза делал продолжавшиеся по несколько лет попытки издания сельскохозяйственного журнала. Один из этих журналов, под названием "Русский Земледелец», выходил самостоятельно; другой, озаглавленный "Записки для сельских хозяев, заводчиков и фабрикантов», появлялся в виде приложения к издававшемуся Павловым литературному журналу "Атеней» (последний выходил в 1828—30 гг., 24-мя книжками в год).

Оба издания содержали в себе много статей, принадлежавших перу издателя.

Популяризируя указанными путями сельскохозяйственную науку в обществе, Павлов не забывал и нужды её специального изучения. Ему он посвятил два своих труда: неоконченный "Курс сельского хозяйства», вышедший в свет в 2 томах, и напечатанную в 1825 г. в таком же числе томов "Земледельческую Химию, с предварительным изложением к ней и ко всей науке сельского хозяйства приготовительных сведений из естественных наук, с показанием разных способов землеудобрения и с начертанием правил пахания».

Покровительство кн. Д. В. Голицына, как основателя и влиятельного члена Московского Общества сельского хозяйства, открыло для Павлова возможность перенести свою пропаганду сельскохозяйственной науки с теоретической почвы в область практических приложений научных теорий. Средства для этого он получил, приняв порученную ему Обществом по предложению князя должность директора состоявших при Обществе Земледельческой школы и Учебного опытного хутора. В этом последнем учреждены Павлов обращал особенное внимание на лучшую обработку земли усовершенствованными орудиями: расширил травосеяние и разведение корнеплодных растений; ввел различные севообороты; установил строгую отчетность в хозяйстве. Но, что всего важнее, — открытием свободного доступа на хутор, как своим слушателям, так и вообще всем желавшим познакомиться с ведением на нем сельскохозяйственного дела, — он способствовал распространению между хозяевами-практиками употребляемых на хуторе усовершенствованных приемов и орудий.

Убедившись при этом на деле в важности ознакомления с основанной на научных данных практикой сельского хозяйства также и низших его деятелей, т.-е. рабочих и прикащиков, Павлов после оставления, незадолго до своей смерти, должности директора упомянутых учреждений, открыл собственное Земледельческое училище, назначенное для обучения крепостных крестьянских мальчиков современному сельскому хозяйству в применении к русскому быту и местным потребностям. Ему же было поручено заведывание и устройство предположенного Правительством к открытию при Московском университете Агрономического института.

По мысли законодателя, это учреждение, рассчитанное на 14 студентов 2-го отделения Философского факультета, должно было приготовлять преподавателей сельского хозяйства для разных учебных заведений России. Кроме того имелось в виду отличнейших из кончивших курс отправлять для дальнейшего усовершенствования в агрономии заграницу, чтобы образовать этим путем ученых агрономов, способных взять на себя руководство сельским хозяйством всей страны.

Павлову представлялась, таким образом, широкая и ответственная деятельность. Но приступить к ней ему не удалось: он умер скоропостижно в течение одного часа от приступа крови к верхней части груди.

Оценка сельскохозяйственной деятельности Павлова со стороны, близко стоявших к ней современников, выразилась в следующих словах его покровителя кн. Д. В. Голицына, сказанных в заседании Московского Общества сельского хозяйства при представлении портрета Павлова для помещения в зале заседаний: "в лице основателя теории земледелия в России, в лице покойного Павлова, мы понесли для науки великую потерю. Оставляя портрет его в залах заседания, мы отдадим торжественную дань признательности памяти покойного профессора, так много трудившегося для нашего Общества, для науки, для Отечества».

От названного учреждения он имел две медали: серебряную за отличные успехи воспитанников Земледельческой школы (1828) и золотую за заслуги по сельскому хозяйству (1838).

Не такие, к сожалению, получаются выводы, если от оценки деятельности Павлова по распространению в России сельскохозяйственной науки и её практических приложений обратиться к рассмотрению научного значения его трудов. Сколько-нибудь ценных, ведущих к дальнейшему развитию предмета, приобретений не получила от него наука сельского хозяйства. За отсутствием же оригинальных работ и исследований его по минералогии и физики, биографу остается только бросить взгляд на организацию и характер их преподавания Павлова в университете.

Минералогия, принадлежащая к одной кафедре с сельским хозяйством и проходимая по официальным планам в одном с ним объёме, приносилась Павловым в жертву его специальному предмету. Отнимая в пользу преподавания последнего значительную часть времени от минералогии, он поневоле должен был ограничиваться одним общим взглядом на науку или беглыми очерками. Такое положение дела имело, впрочем, и свою выгодную сторону, так как, удерживая профессора на почве главных фактов, оно не давало ему большого простора для искажающего науку перекраивания в искусственные и произвольные формы натур-философской системы.

Гораздо менее посчастливилось в этом отношении физике.

Находящееся вне всякой связи с преподаванием сельского хозяйства и притом располагающее относительно весьма значительным запасом времени, преподавание этой науки открывало Павлову полный простор для переработки предмета в духе самого крайнего увлечения натур-философской системой Шеллинга. Свою, выкроенную по учению этого философа, систему физики Павлов изложил в сочинении, предназначенном как для университетских слушателей автора, так и для образованной публики вообще, и озаглавленном "Основания физики» (2 тома на 8°: 1-й вышел двумя изданиями в 1825 и 1836 гг., 2-й—в одном, в 1836). Принимая в физике два способа исследования её предмета: "опытность» и "умозрение», Павлов дает последнему следующее определение: "сим именем означается тот способ исследования, по которому в основание принимают начала, развитые в уме собственными ею средствами, независимо от опытности, и от сих начал, по законам мышления, поступают чрез ряд последствий к заключениям. Для поверки заключений обыкновенно обращаются к опытности и, если находят в ней подтверждение, причисляют их к сведениям, имеющим все достоинство истины». Так как такой контроль опыта возможешь только в тех случаях, когда умозрение приводит к заключениям о природе и свойствах естественных явлений, то он становится совершенно фиктивным в таких вопросах философии науки, как определение предмета и содержание последней. Пользуясь с одной стороны этим выгодным для построения quasi научных фантастических систем положением, а с другой — метафизическими теориями науки или "правилами наукословия», Павлов преобразовывает физику до неузнаваемости, до полного разрыва с её прошлым и настоящими. "Физика», учить он, "есть наука

о силах природы». Сила же есть "всякая причина явлений, будет ли она невещественная, например тяжесть, или вещественная, например воздух, или это будет процесс, например планетный». Как вследствие этого определения, так и для выполнения "правил наукословия» о строгом разграничении областей наук, Павлов исключает из физики: учение о движении вместе со всем находящимся с ним в связи, т.-е. с акустикою и "основными началами» музыки; часть оптики, "касающуюся до видения предметов», T.-е., главным образом учение об оптических приборах и зрении; учение о газах и, наконец, "сведения метеорологии», впрочем, с допущением исключения в пользу "воздушного электричества» и давления атмосферы. По устранении всех этих, будто бы посторонних физике, элементов, содержание её составляют у него:

1) предмет первой части науки или Общей физики — общие или мировые силы:

а)свет, как сила средобежная;

b) тяжесть, как сила средостремительная;

с) вещество, как сила составная из двух первых;

2) предмет второй части или Физики частной — силы частные или планетные:

а) невещественные—электричество, магнетизм, гальванизм;

b) вещественный — воздух, земля, вода;

с) процесс планетный или "взаимное действие стихий земных»;

3) предмет третьей части или физики органической — силы органические:

а) растительный процесс,

е) животный процесс,

с) мировой процесс.

Вот в кратких чертах система физики Павлова.

В своем сочинении он изложил только её первый две части.

Что же касается третьей, то была ли она написана — нам неизвестно; в свет, во всяком случае, она не появилась.

Результаты, к которым привело представляемое системой Павлова обращение с данными науки, имеющей за собою 2000-летнее существование, предвидеть не трудно. В науке — ими были выводы в роде следующих: "Вещество есть свет, сгущенный и потемненный тяжестью при взаимном их ограничении; самый же свет есть сила расширительная, а тяжесть—сила сжимательная». "Свет есть проявление силы расширительной, еще неограниченной: электричество есть тот же свет, не стесненный в пределах сильнейшего ограничения; оттуда действия его так порывисты, бурны, а именно—от усилия расторгнуть узы, столь противные его натуре». "Электричество и магнетизм противуположны, как свет и тяжесть, как сила расширительная и сжимательная, как окружность и центр». "Гальванизм — это постоянное горение, непрерывный химизм, видоизменение огня с явными осязательными признаками своего первообраза».

В преподавании — бесплодность Павлова, для науки в отношении её прямой задачи, хотя и умеряемая несколько логичностью системы, цельностью и стройностью её построения. По отзыву одного из талантливейших слушателей Павлова (Герцена), вполне признававшего значение его лекций для подъёма философской мысли в среде студенчества и даже ставившего это в особенную заслугу, — научиться по ним физике (также и сельскому хозяйству) было невозможно. В том же духе высказывается и историк Московского университета, Шевырев. "Увлекателен», говорить он, "был Павлов, по возвращении из-за границы озаривший новым блеском область естествоведения. Он вносил в нее умозрения философии Шеллинговой, может быть не всегда уместной в науке природы, требующей исследования самого определенного, точного, и не признающей над собой никакой иной философии, кроме математики. Но логические стремления профессора действовали сильно на умы юношества и приносили пользу в систематическом построении наук». За Павловым, следовательно, должна быть признана весьма заметная доля участия в том оживлении интереса к философии, которое наблюдалось в молодых кружках образованного Московского общества 30-х и 40-х годов.

"Основания физики», как и следовало ожидать, вызвали со стороны людей науки довольно неблагосклонные отзывы. Как на таковые можно указать на рецензию, появившуюся в 1825 г. в "Dorpater Jahrbücher», и на рецензию одного Ярославского ученого, напечатанную в 1837 г. в "Моск. Наблюдателе». Крайне раздраженный ими, Павлов отвечал на первую — антикритикой, помещенной в 1825 г. в "Телескопе», на вторую — статьей "О неуместности математики в физике», напечатанной в 1837 г. в "Литературных прибавлениях к Русскому Инвалиду».

Совершенно иначе отнеслись к "Основаниям физики» представители Московской университетской науки. Математики вполне воздержались от выражения своего мнения; натуралисты осыпали книгу похвалами. Профессор Двигубский, соединив в одной критической заметке, напечатанной в "Ученых Записках Московского университета» (1833, август, № II, стр. 317—319), такие две несходный книги, как "Руководство к опытной физике» Д. Перевощикова и I-й том "Оснований физики» Павлова, дает о них следующий отзыв: "Два сочинения — лучшие из всех известных сочинений по части физики, русских и иностранных. Оба вполне объемлют науку в нынешнем её состоянии, но только то и другое написано по особому плану и с особой точки зрения на предмет.

Обучающиеся физике теперь имеют в сих двух книгах верное руководство: им не нужно прибегать к иностранным сочинениям, и слишком дорогим, и затрудняющим иных по языку. Кроме приобретения для науки, в той и другой книге получаем новое приобретение для Отечественного языка, потому что обе написаны правильными чистым и изящным слогом». Профессор Рулье, в своем некрологе Павлова, находил в сочинениях последнего и в частности в "Основаниях физики» — "новый и обширный взгляд на многие предметы и светлые о них понятия», вместе с "резкой печатью самобытности»; считал немыслимым, чтобы при характеризующей Павлова "самостоятельности в мнениях и поступках» он мог "пристать к поклонникам какой-либо иностранной знаменитости»; наконец уверял, что в своих ответах рецензентам "Оснований физики» Павлов "громил» или "разил немилосердно своих противников». На самом же деле, в тех случаях, когда ему приходилось говорить без раздражения (см. предисловие к части II), он, очевидно, чувствовал, хотя может быть и бессознательно, слабость своих натур-философских построений; старался представить причиной спора "оскорбленное самолюбие некоторых ученых»; шел на уступки, умышленно или нет, маскируя неполнотой изложения их принципиальную невозможность; наконец, требуя от противников доказательства, "что начала физики механической вернее начал динамической», передавал решение спора времени. И время сделало свое дело: забвение стало уделом не только динамической физики Павлова, но и самой, породившей ее, натур-философии Шеллинга.



Название статьи:   Павлов, Михаил Григорьевич, доктор медицины и ординарный профессор физики, минералогии и сельского хозяйства в Московском университете.
Категория темы:   {tags}
Автор (ы) статьи:  
Источник статьи:    Русский библиографический словарь. 1902. т. 13.
Дата написания статьи:   1902 г.
Статьи, использованные при написании этой статьи:   Сведениям о жизни и деятельности Павлова были посвящены, насколько нам известно, два труда: 1) "Некрология", составленные проф. К. Рулье для "Отчета о состоянии Имп. Моск. Унив., за 1889 — 40 академ. год" (стр. 16 — 20) и 2) биограф. очерк, написанный для "Биограф. словаря профессоров и преподавателей Имп. Моск. Унив." (М. 1865) профессорами Щуровским, Рулье и Калиновским (см. ч. II, стр. 188 — 199). О трудах его во сельскому хозяйству — у С. Маслова, в "Истор. обозрении действий и трудов Имп. Москов. Общества Сельск. Хозяйства", М. 1850 (стр. 66, 246, 248, 126, 186).


Уважаемый посетитель, Вы вошли на сайт как не зарегистрированный пользователь. Для полноценного пользования мы рекомендуем пройти процедуру регистрации, это простая формальность, очень ВАЖНО зарегистрироваться членам военно-исторических клубов для получения последних известей от Международной военно-исторической ассоциации!




Комментарии (0)   Напечатать
html-ссылка на публикацию
BB-ссылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

ВАЖНО: При перепечатывании или цитировании статьи, ссылка на сайт обязательна !

Добавление комментария
Ваше Имя:   *
Ваш E-Mail:   *


Введите два слова, показанных на изображении: *
Для сохранения
комментария нажмите
на кнопку "Отправить"


Основные темы сайта:

Артиллерия Военная медицина Военно-историческая реконструкция Вольфганг Акунов Декабристы Древняя Русь История полков Кавалерия Наполеоновские войны Отечественная война 1812 г. Офицерский корпус Покорение Кавказа Российская империя Российский Императорский флот Россия сегодня Русская Гвардия Русская Императорская армия Русско-Прусско-Французская война 1806-07 гг. Русско-Турецкая война 1877-78 гг. Фортификация
Издательство "Рейтар", литература на историческую тематику. Последние новинки... Новые поступления, новые номера журналов...









ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЕНО

съ тъмъ, чтобы по напечатанiи, до выпуска изъ Типографiи, представлены были въ Цензурный Комитет: одинъ экземпляръ сей книги для Цензурного Комитета, другой для Департамента Министерства Народного Просвъщения, два для Императорской публичной Библiотеки, и один для Императорской Академiи Наукъ.

С.Б.П. Апреля 5 дня, 1817 года

Цензоръ, Стат. Сов. и Кавалеръ

Ив. Тимковскiй


{links} {links2}
Поиск по материалам сайта ...

Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова

Книга Памяти Украины






РУЖЬЕ. Российский оружейный журнал Некоммерческая организация «Фонд содействия примирению народов, участвовавших в военных конфликтах» Общественный совет по содействию Государственной комиссии по подготовке к празднованию 200-летия победы России в Отечественной войне 1812 года Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...