Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Несвоевременные военные мысли ...{jokes}




***Приглашаем авторов, пишущих на историческую тему, принять участие в работе сайта, размещать свои статьи ...***

Адашев, Алексей Федорович, постельничий

Адашев, Алексей Федорович, сын боярина Федора Григорьевича, принадлежит к числу замечательнейших русских людей XVI столетия. Сильные впечатления, вынесенные молодым царем Иваном Васильевичем IV из страшного московского пожара 21 июня 1547 года и следовавшего за ним народного бунта, резко отразились в истории последующего десятилетия, ставшего одним из светлых моментов русской государственной жизни.

Страстная натура царственного юноши временно подчинилась придворной партии, душой которой были протоирей Благовещенского собора Сильвестр и Алексей Адашев.

Оба деятели эти по общественному положению не стояли во главе "избранной рады», как называет князь Курбский кружок вновь выдвинувшихся царских советников, но руководили ею, как и сам им царем, силою обаяния своих личностей. Сам царь Иван называет их начальниками партии в письме к Курбскому.

Если некоторые авторитетные историки, как С. М. Соловьев и К. Н. Бестужев-Рюмин, указывают на ограниченность политического горизонта "избранной рады» и отмечают мелочность Сильвестра, то относительно Адашева, как человека, нельзя подобрать, кажется, свидетельства не в его пользу. Личность эта, может быть и менее талантливая, чем некоторые из современных ему политических дельцов, сияет таким ярким светом доброты и непорочности, является таким образцом филантропа и гуманиста XVI века, что нетрудно понять обаяние её на все окружающее. Не даром князь Курбский делает восторженный отзыв: "...и был он (той Алексей) общей вещи зело полезен, и отчасти, в некоторых нравех, ангелом подобен. И аще бы вся по ряду изъявил о нем, воистинну вере не подобно было бы пред грубыми и мирскими человеки».

Влияние Сильвестра и Адашева было так сильно, так непонятно-неотразимо, что подчинявшиеся ему впоследствии объясняли все чародейством. При опале, постигшей Сильвестра и Адашева в 1560 году, они были осуждены заочно.

Новые советники царя боялись личного допроса; они были убеждены и высказывали это, что "...ведомые сии злодеи и чаровницы велицы, очаруют царя и нас погубят, аще приидути».

Слава Адашева распространилась за пределы Московского государства. Когда он послан был в Ливонию, одно появлении его произвело уже впечатление: многие города, еще не взятые, хотели поддаться ему "его ради доброты».

В 1585 году в Польше, расспрашивая посланника Луку Новосильцева про "шурина государского», Бориса Федоровича Годунова, сравнивали его с Адашевым. Годунов, как правитель земли и милостивец великой», как "ближней человек разумѳн и милостив», напомнил влиятельному архиепископу Станиславу Карнковскому советника "прежнего Государя» Алексея Адашева, который "государство Московское таково ж правил» и был человек такой же "просужен». Сам посол должен был объяснить иностранцам, что Годунов Адашеву не ровня: "и яз ему говори ли Алексей был разумен, а тот не Алексеева верста: то великой человек, боярин и конюшей, а государю нашему шурин...».

Родился Алексей Адашев в богатой, но не особенно родовитой, семье костромских вотчинников. Отец его, благодаря своим способностям и долгой службе, выдвинулся из среды сородичей и успел приблизиться ко двору. Неизвестно, как и когда Федору Адашеву удалось провести во дворец своих сыновей, но первые же упоминания Алексея Адашева в источниках говорят об его близости к юному великому князю.

Было даже сделано предположение, что Алексей Адашев воспитывался вместе с Иваном IV.

Судя по тому, что в 1547 году Адашев был уже женат на Анастасии Сатиной, следует думать, что он был старше Государя на несколько лет.

Разница в возрасте во всяком случае была незначительна, чем и объясняется сближение царя Ивана с молодым Костромским "сыном боярским».

Два брата — Алексей и Данила Федоровичи Адашевы в чине свадьбы Ивана IV — 3 февраля 1547 года участвуют, как стряпчие и стелют постель новобрачных.

Алексей Федорович является, кроме того, спальником и по обряду идет с Великим князем в баню: "А в мыльне мылись с Великим князем: боярин князь Юрья Васильевич Глинской да казначей Федор Иванов сын Сукин; спальники и мовники — князь Иван Федорович Мстиславской да князь Юрья Шемякин, да Никита Романов да Алексей Адашев. Нельзя не обратить в данном случае внимания на знатность всех "мовников», кроме Адашева, имя которого здесь упоминается впервые.

В разрядах в июле 1547 года Алексей Федорович упоминается в числе рынд при государе. Эти фанты указывают на положение молодого Адашева в момент его возвышения: он был комнатным спальником и стряпчим. Как всегда государевы постельничиѳ и подведомственные им чиновники сближались с особою Государя и приобретали большее или меньшее значение в придворном мире, смотря по своим способностям и степени влияния на царя.

Рындою записан Алексей Адашев и в разряде первого похода царя Ивана под Казань, но его нет уже в числе рынд в походе 7058 (1549— 1550) года. Естественное предположение, что около этого времени Адашев был повышен и получил новое назначение, подтверждается фактами. Князь А. М. Курбский называет Алексея Адашева ложничим  царским.

Этим польским термином может быть обозначена и должность постельничего, и должность спальника.

Был ли Адашев постельничим царя Ивана IV? В 1547 году упоминаются двое постельничих — Матвей Федорович Бурухин и Андрей Владимирович Мансуров. Первый из них сходит со сцены до сентября 1551 года, второй умирает в 1551 году и заменен Игнатьем Михайловичем Вешняковым.

Вполне возможно предположение, что Алексей Федорович Адашев в 1550 году заместил Бурухина, став в один день и постельничим, и начальником новоучрежденного Челобитного приказа.

Так именно и толкуют историки известную речь царя Ивана IV к народу, дошедшую до нас в списках и с несомненными искажениями, хотя бы, например, в словах: "и в той день пожаловал в окольничие Алексея Адашева».

Источники не называют Адашева постельничим.

В разрядах (рукописных) под 7061 годом в свите царя помечены: "стряпчие были у Государя в избе з бояры — Алексий Федорович Адашев, Игнатий Михайлович Вешняков».

В виду того, что Вешняков в это время несомненно был уже постельничим, можно думать, что в данном случае стряпчество соединено с постельничеством.

"Царственная книга», описывая присягу бояр сыну больного царя в 1553 году, прибавляет: "да которые дворяне не были у Государя в думе — Алексей Федоров сын Адашев да Игнатей Вешняков и тех государь привёл к целованию в вечеру же».

Здесь опять ни Адашев, ни Вешняков не обозначены по занимаемым должностями, но самое сопоставление их указывает, что Адашев был тем же, чем и Вешняков, т. е. постельничим.

В знаменательную годину покорения царства Казанского Алексей Федорович принимал самое деятельное участие во всех событиях: договаривался с казанскими послами, сам ездил в Казань (и не раз) сначала садит, а потом низводить Шиг-Алея с казанского престола.

Когда началась правильная осада Казани, Адашеву поручались предприятия, требовавшие сообразительности, знаний и энергии.

Вместе с князем Дмитрием Палецким Алексей Федорович ставил туры (29 августа 1552 года) против города со стороны Арского поля; вместе с князем Васильем Семеновичем Серебряным производил подкоп под Казанский тайник, откуда осажденные брали воду.

Через несколько месяцев по возвращении из Казани, царь захворал в 1553 году горячкою. В минуты страшного раздора из-за присяги Алексей Адашев оказался преданным слугою: он беспрекословно присягнул младенцу царевич.

Может быть именно этот факт отсрочил падение "избранной рады».

По выздоровлении царь нисколько не изменился в отношении к своему другу: в последних месяцах того же 1553 года Алексей Федорович Адашев был сказан окольничим.

Новый чин доставил ему самостоятельное положение в Думе.

Еще в 1552 году Адашев ездил с важным дипломатическим поручением к царю Шиг-Алею в Казань, теперь же он начал управлять дипломатическими сношениями вообще, принимал послов, первенствовал в переговорах с ними.

Все более и более расширялся круг деятельности этого талантливого и симпатичного человека. Он получил в заведывание государственный архив, вел государственную летопись, приготовляя, что писать в "летописец лет новых».

Едва ли можно ошибиться, если приписать ему деятельное участие и в своде разрядных книг, и в составлении "государева родословца», который как раз закончен был родом Адашевых.

С 1553 и по 1560 год Алексей Федорович постоянно жил в Москве, выезжая только с государем и всюду сопровождая его во всех походах. Слава Адашева все более и более распространялась, его влияние, по-видимому, все крепло и крепло. Переворот в судьбе Адашевых подготовлялся медленно и незаметно. Немного лет продолжалась государственная деятельность Алексея Адашева, но осталась резко заметной, "ибо», как выразился Карамзину "сей знаменитый временщик явился вместе с добродетелию царя и погиб с нею...».

Смерть царицы Анастасии Романовны (7 августа 1560 года) нарушила обычный нормальный ход жизни царя Ивана и была последним, окончательным толчком, разрушившим обаяние "избранной рады». Обаяние это последние годы держалось только на привычке, и царь давно уже тяготился своими властными, входившими во все советниками.

Со времени своей болезни в 1553 году государь за таил недоверие к "избранной раде», да и как он мог доверять ей, когда она почти в полном составе стояла в вопросе о престолонаследии за князя Владимира Андреевича.

А потом возникли новые недоразумения. "Рада» настаивала на покорение Крыма, Иван IV и Захарьины стремились к Балтийскому морю и желали полного покорения Ливонии.

Положение дел становилось все более и более натянутым, Алексей Адашев не выдержал и, как говорят, по собственной просьбе в мае 1560 года был отправлен в Ливонию в качестве третьего воеводы большого полка (первым был князь И. Ф. Мстиславский, вторым М. Я. Морозов).

В сентябре того же года, по приказанию царя, окольничие Алексей и Данила Федоровичи Адашевы оставлены воеводами в новозавоеванном Феллине. Это была уже явная опала.

Князь Курбский отмечает, что Алексей был в Феллине "антипатом» (наместником) "не мало время». Это не малое время — очень относительно. Через несколько месяцев Алексей Адашев находился уже в заточении в Дерпте. Точнее объясняет все дело рукописная разрядная книга: "...и государь царь и великий князь писал к боярину и воеводе ко князю Ивану Федоровичю Мстиславскому с товарищи, а велел в Вильяне (в Феллине) оставити окольничева и воеводу Алексея Федоровича Адашева да Осипа Васильевича Полева да Романа Алферьева. И Осип Полев на Алексея Адашева посылал бить челом государю, что ему менши Алексея быти невместно, и государь велел Алексею Адашеву быти в Юрьеве Ливонском, а Осипу Полеву государь велел быти в Вильяне да с ним Роману Алферьеву да Григорью Назимову новгородцу...».

Это место разрядов, говорящее об единственном известном случае местничества Адашева, поясняет причину неожиданного перевода Адашева в Дерпт. Царь Иван не стал разбирать местнического дела: он просто развел споривших, удовлетворив, таким образом, челобитчика, но самое удаление Адашева из Феллина было новой обидой ему, новым знаком немилости. И действительно, гроза разразилась с страшной быстротой: в начале октября 1560 г. имения Алексея Адашева были уже отписаны на Государя, сам он заключен в тюрьму и начался свирепый розыск, окончившийся истреблением всех живых Адашевых с их ближайшими родичами.

Сохранилось показание, что будто бы уцелела от погрома дочь Алексея Федоровича Анна, бывшая замужем за Иваном Петровичем Головиным, но и это еще требует документального подтверждения. Между казненными были и дети: сыну Данилы Федоровича — Тарху было только около двенадцати лет.

Сам Алексей Федорович избег казни. Возмущенный и огорченный, он не выдержал нравственного потрясения: слег горячкою и умер в Дерпте в начале 1561 года, прохворав "недугом огненным» не более двух месяцев.

Эта кроткая и чистая личность ярко выделяется среди грубых нравов своего времени.



Название статьи:   {title}
Категория темы:   {tags}
Автор (ы) статьи:  
Источник статьи:    Русский библиографический словарь. т. 1
Дата написания статьи:   {date}
Статьи, использованные при написании этой статьи:   "Сказания князя Курбского" (Спб. 1842), стр. 215, 188, 189, 92, 42, 62, 10 и 81. "Памятники дипломатических сношений", т. I (Спб. 1851), ст. 932—931. Н. А. Полевой "История русского народа", т. VI (М. 1833), стр. 222, пр. 182; А. Н. Ясинский "Сочинения кн. Курбского" (Киев 1889), стр. 122—123. "Древняя Российская Вивлиофика", ч. XIII, стр. 33, 34, 38,   253, 293, 310-312 и 316; ч. XX, стр. 38. В так называемой "тысячной" книге 1550 г. Алексей Адашев записан в первой статье сыном боярским из Костромы. "Разрядная книга", П. Ф. Лихачева под 7055 годом. Ibidem, под 7056 годом, стр. 177. Ibidem, стр. 190 (7058). Н. С. Арцыбашев, "Повествование о России", т. II, кн. IV, стр. 169—170. "Описание Симонова монастыря" (М. 1843), стр. 70. "Собрание Государственных грамот и договоров", ч. II, стр. 45. "Царственная книга", стр. 80,285,286,342. Н. П. Лихачев "О происхождении Адашева" ("Исторический Вестник" за 1890 г. № 5), стр. 383, прим. 2. Подробности дипломатической деятельности Алексея Адашева см. Никоновская Летопись, ч. ѴII; "Летописец Русский" — H.  Львова (Спб. 1792), ч. V, стр. 24, 36, 165,167, 210, 221,281, 286, 311; "Сборник Императорского Русского Исторического Общества", т. LIX (под редакцией Г. Ф. Карпова); I. Гамель, "Англичане в России" (Спб. 1865), стр. 25, 26, 51; и т. д. "Акты Археографической Экспедиции", т. I, 354; Устрялов, прим. к "Сказаниям князя Курбского" исследованию А. Н. Ясинского. Рукописные разряды под годами 7063, 7064, 7065 и 7067; "Синбирский Сборник", стр. 3. Разрядная книга П. Ф. Лихачева, стр. 287. "Село Новоспасское" (П. Казанского), стр. 119—120.


Ключевые слова: Древняя Русь Иоанн IV
Уважаемый посетитель, Вы вошли на сайт как не зарегистрированный пользователь. Для полноценного пользования мы рекомендуем пройти процедуру регистрации, это простая формальность, очень ВАЖНО зарегистрироваться членам военно-исторических клубов для получения последних известей от Международной военно-исторической ассоциации!




Комментарии (0)   Напечатать
html-ссылка на публикацию
BB-ссылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

ВАЖНО: При перепечатывании или цитировании статьи, ссылка на сайт обязательна !

Добавление комментария
Ваше Имя:   *
Ваш E-Mail:   *


Введите два слова, показанных на изображении: *
Для сохранения
комментария нажмите
на кнопку "Отправить"


Основные темы сайта:

Артиллерия Военная медицина Военно-историческая реконструкция Вольфганг Акунов Декабристы Древняя Русь История полков Кавалерия Наполеоновские войны Отечественная война 1812 г. Офицерский корпус Покорение Кавказа Российская империя Российский Императорский флот Россия сегодня Русская Гвардия Русская Императорская армия Русско-Прусско-Французская война 1806-07 гг. Русско-Турецкая война 1877-78 гг. Фортификация
Издательство "Рейтар", литература на историческую тематику. Последние новинки... Новые поступления, новые номера журналов...









ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЕНО

съ тъмъ, чтобы по напечатанiи, до выпуска изъ Типографiи, представлены были въ Цензурный Комитет: одинъ экземпляръ сей книги для Цензурного Комитета, другой для Департамента Министерства Народного Просвъщения, два для Императорской публичной Библiотеки, и один для Императорской Академiи Наукъ.

С.Б.П. Апреля 5 дня, 1817 года

Цензоръ, Стат. Сов. и Кавалеръ

Ив. Тимковскiй


{links} {links2}
Поиск по материалам сайта ...

Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова

Книга Памяти Украины






РУЖЬЕ. Российский оружейный журнал Некоммерческая организация «Фонд содействия примирению народов, участвовавших в военных конфликтах» Общественный совет по содействию Государственной комиссии по подготовке к празднованию 200-летия победы России в Отечественной войне 1812 года Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...