Барятинский Александр Иванович, князь

Князь Александр Иванович Барятинский

Барятинский, князь, Александр Иванович, Генерал-Фельдмаршал, победитель Шамиля, родился 2 мая 1815 г.; получил прекрасное домашнее образование, при чем отец его настойчиво желал "не делать из него ни военного, ни придворного, ни дипломата". Но у 16-летнего Барятинского явилось страстное влечение к военной карьере; выдержав серьезную борьбу с родными, он, при содействии Императрицы Александры Феодоровны, добился зачисления в Кавалергардский полк (1831 г.) (см. Лейб-Гвардии Кавалергардский ЕЁ ВЕЛИЧЕСТВА ГОСУДАРЫНИ ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ ФЕОДОРОВНЫ полк).

Князь А.И. Барятинский, командир Лейб-Гвардии Преображенского полка.
Князь А.И. Барятинский, командир Лейб-Гвардии Преображенского полка.
Памятник над "Камнем кн. Барятинского в Гунибе". Фото И. Абуладзе. 187?.
Памятник над "Камнем кн. Барятинского в Гунибе". Фото И. Абуладзе. 187?.

Начальник Главного штаба Войск на Кавказе, генерал-адъютант князь Александр Иванович Барятинский

 Начальник Главного штаба Войск на Кавказе, генерал-адъютант князь Александр Иванович Барятинский

В первые годы свой офицерской службы Барятинский вел очень рассеянный и легкомысленный образ жизни, чем навлек на себя неудовольствие Императора Николая I. Тогда Барятинский отправился на Кавказ— тогдашнюю "школу характеров" — и принял участие в осенней экспедиции генерала Вельяминова в землю натухайцев, командуя сотней казаков, 21 сентября 1835 г. он был тяжело ранен в упор ружейной пулею в правый бок, где пуля и осталась до конца его жизни, и едва не попал в плен. Эта рана заставила Барятинского вернуться в Спб. для лечения.
Наградами ему за эти первые подвиги были:  чин поручика, золотая сабля с надписью "за храбрость" и назначение состоять при Наследнике Цесаревиче Великом Князе Александре Николаевиче.

Взяв заграничный отпуск (1835-38 гг.) и впоследствии, во время путешествия по Западной Европе с Наследником Цесаревичем, Барятинский тщательно старался пополнить свое образование: много читал, слушал лекции в университетах, сближался с учеными и собрал библиотеку иностранных сочинений о России. Тяготясь светской жизнью, он в 1845 г., уже в чине полковника, испросил себе новую командировку на Кавказ.

Командуя 3-м батальоном Кабардинского полка, он участвовал в Даргинской экспедиции кн. Воронцова против Шамиля и при занятии Андийских высот (14 июля 1845 г.) геройски выбил со своим батальоном горцев из занятых ими укрепленных позиций, вызвав восторженные одобрения главнокомандующего кн. Воронцова. Наградой за это дело, в котором Барятинский вновь был ранен, был орден Св. Георгия 4-й ст.

Необходимость лечения раны заставила Барятинского опять отправиться в заграничный отпуск. 28 февраля 1847 г. Барятинский был назначен Флигель-адъютантом и командиром Кабардинского полка.

Как полковой командир, Барятинский  был весьма требователен, беспощадно строг в отношении воинской дисциплины, крайне внимательно входил во все мелочи полкового хозяйства и быта солдат и офицеров. Тратя при этом на полк свои собственные большие средства (например, он на свой счет вооружил полк штуцерами), Барятинский из своей  квартиры сделал средоточие всей жизни полка.

Во время 3-летнего командования Кабардинским полком, Барятинский принимал с ним участие в целом ряде боевых дел. В то же время Барятинский находил время изучать Кавказ, знакомиться с русской и иностранной литературой о нем, делал главнокомандующему ряд докладов стратегического и административного характера, высоко ценившихся кн. Воронцовым.

В начале 1850 г. Барятинский подвергся немилости Императора Николая I, который был недоволен тем, что князь не захотел принести в исполнение задуманный в высших придворных сферах план — женитьбу его на М. В. Столыпиной. Чтобы обезопасить себя на будущее время от попыток устраивать его личную жизнь, Барятинский предпринял решительный шаг: он передал майорат, которым владел, как старший в роде, своему брату, вследствие чего сразу перестал быть "богатым женихом", прекратил свои светские знакомства, намеренно "опростился" и все свое время посвящал, главным образом, изучению вопросов, относящихся к любимому им Кавказу, всесторонне обдумывая план его окончательного покорения и способы его умиротворения.

Отчисление от командования полком и нахождение "не у дел" без определенного служебного назначения весьма тяготили Барятинского. Но судьба скоро вновь бросила его на Кавказ: в мае 1850 г. он был назначен состоять при Кавказской армии и сопровождать туда Наследника Цесаревича; в конце 1850 г. он был назначен командиром Кавказской гренадерской бригады.

1851-53 гг. Барятинский провел в Чечне, настойчиво и систематически подчиняя её русскому владычеству; из этого периода деятельности кн. Барятинского надо отметить выполненные при его участии экспедиции в Большую Чечню (лето и зима 1851-52 гг.), разгром наиба Талчика около Чуртугаевской переправы и занятие Хоби-Шавдонских высот в южной Чечне (зима 1852-53 гг.).

Действия Барятинского сперва в качестве командира бригады, а затем, с весны 1851 г. — в качестве начальника левого фланга, носили резко наступательный характер и отличались весьма малыми потерями, благодаря постоянному применению системы скрытных обходов, а равно тщательной и искусной разведке, и сопровождались проложением новых дорог и лесных просек. Параллельно Барятинский должен был посвящать немало времени административному устройству замиренных чеченцев и организации военно-народного управления.

В 1853 г. Барятинский был избран Воронцовым на должность начальника Главного штаба Кавказской армии (на место Коцебу), произведен в Генерал-лейтенанты, пожалован в Генерал-адъютанты и получил, таким образом, возможность проводить в жизнь свой план завоевания   Кавказа.

Однако, война 1853-55 гг. с Турцией поневоле приостановила активный характер наших  военных действий на Кавказе, и в борьбе с Шамилем пришлось ограничиться исключительно заботами о сохранении уже сделанных приобретений, обративши главное внимание на  нового врага. Этому врагу кн. Бебутовым было нанесено поражение у Курюп-Дара (24-го июня 1854 г.); Барятинский принимал участие в этом деле и был награжден орденом Св. Георгия 3-й степ.

Не ужившись с заместителем умершего кн. М. С. Воронцова — Н. Н. Муравьевым  (1855 г.), Барятинский уехал в Санкт-Петербург, где его отъезд с Кавказа был встречен первоначально не очень благосклонно молодым Государем, но Барятинский, отличавшийся большою ловкостью и знанием "придворных ходов", скоро сумел вернуть к себе полное расположение Императора и 20 июля 1856 г., после краткого командования Резервным Гвардейским корпусом, был назначен командиром Кавказского корпуса и наместником Е. И. В. на Кавказе, что составляло давнишнюю его мечту.

Произведенный 26 августа в Генерал-от-инфантерии, он в октябре прибыл к Кавказской армии, которая встретила с большим энтузиазмом его назначение, и начал свою деятельность немногословным, но многозначительным приказом по войскам: "Воины Кавказа. Смотря на вас и дивясь вам, я вырос и возмужал. От Вас, и ради Вас, я осчастливлен назначением быть вождем вашим, и трудиться буду, чтобы оправдать такую милость, счастье и великую для меня честь. Да поможет нам Бог во всех предприятиях на славу Государя".

За энергичным приказом следовали и энергичные действия нового главнокомандующего, в 3 года приведшие к концу па начать культурную работу в новой "жемчужине русской короны" и не позволяла создать из этого богатого края неисчерпаемый источник государственных доходов. Россия, ведя, с переменным успехом, почти столетнюю борьбу на Кавказе Барятинский, как государственный деятель, ясно сознавал, что долее невозможно медлить с ликвидацией военных действий на Кавказе: борьба стоила громадных средств, кроме того, незамиренный Кавказ представлял благоприятную почву для всех враждебных России агитаторов, — английских, персидских, турецких и др.

Ближайшими своими сотрудниками по военной части Барятинский избрал Д. А. Милютина (начальник его штаба) и Н. И. Евдокимова (начальник левого крыла). Затем следовало направление всех усилий к выполнению намеченного плана военных действий. План этот, в существенных чертах, сводился к следующему: решительное наступление на восточных горцев со стороны Чечни и одновременное с этим стеснение существовавшей уже около них блокадной линии. Для этой цели Евдокимов должен был нанести удар Шамилю в Чечне и отсюда проникнуть в Дагестан, оккупировав предварительно Салатавию.

Со стороны Лезгинской линии предполагалось постоянно и систематически ослаблять горцев разорением непокорных аулов, не допуская их подкреплять Шамиля. Действия на Западном Кавказе, до окончания борьбы с Шамилем, признаны были второстепенными. Эта программа неуклонно и успешно выполнялась Барятинским в 1858-59 гг. и закончилась изолированием Шамиля в Ведене.

Барятинский неоднократно лично объезжал действовавшие на Восточном Кавказе войска, всегда умел их воодушевлять, настоятельно побуждал частных начальников к большей  быстроте и энергии в их операциях. В то же время эти объезды своим блеском, пышностью и щедростью главнокомандующего производили импонирующее впечатление на горцев, внушая им особое уважение к представителю Русского Царя.

По занятии 1 апреля 1858 г. Евдокимовым Ведено и бегстве Шамиля в Дагестан, Барятинский решил летом того же года с 3 сторон произвести наступление в Восточный Дагестан и окончательно сломить имама.

Этот план он лично доложил Александру II в Спб. и получил полное одобрение своим предположениям; при этом Барятинский выразил Государю полную уверенность, что дни владычества Шамиля сочтены, и что он этим же летом станет нашим пленником. Действительно, в августе 1859 г., под личным руководством главнокомандующего, разыгрался у Гуниба последний акт борьбы с Шамилем. Об этом Барятинский объявил по Кавказской армии следующим лаконическим приказом: "Гуниб взят. Шамиль в плену. Поздравляю Кавказскую армию."

Успехи Барятинского принесли ему много высоких наград: за удачные операции в июле 1859 г., имевшие результатом покорению Аварии, Койсубу и др. —  орден Св. Георгия2-й ст., за Гуниб — орден Св. Андрея Первозванного, за действия на Западном Кавказе в 1858-59 гг. —  назначение шефом Кабардинского полка. Наконец, в 1859 г. Барятинский был произведен в Генерал-Фельдмаршалы. Эта последняя награда была встречена войсками с большим ликованием и считалась, по выражению современников, "наградою всему Кавказу".

В 1860 г. Барятинский занялся неотложными работами по военно-административному устройству покоренного края, принимал меры по усмирению проявлявшихся кое-где бунтовщических вспышек среди горцев и волнений среди Черноморского казачьего войска, вызванных его упразднением.

В этом же году, в сущности, завершилась и вся военная и государственная деятельность Барятинского; в мае он, по расстроенному здоровью, уехал с Кавказа в продолжительный отпуск и уже больше не вернулся к своему посту: осенью 1862 г. он почувствовал себя окончательно неспособным к работе и обратился с ходатайством к Государю об увольнении его с занимаемой должности, указав себе преемника в лице Великого Князя Михаила Николаевича.

В декабре 1862 г. просьба Барятинского была удовлетворена при крайне милостивом рескрипте, с пожалованием бриллиантовых знаков ордена Св. Андрея Первозванного и назначением членом Государственного Совета.

С этих пор Барятинский, мучимый припадками застарелой болезни (подагры), уже до самой смерти оставался не у дел, сохраняя дружеские отношения с Императором Александром, от которого продолжал неоднократно получать знаки милостивого внимания...

В этот период жизни Барятинский живо интересовался некоторыми современными военными и политическими вопросами, высказывая оригинальные мнения. Так, в 1866 г., во время Австро-Прусской войны, Барятинский полагал, что Россия должна тесно соединиться с Пруссией для разгрома Австрии, которую предполагал разделить на 3 части: из Венгрии образовать самостоятельное  государство, славянские земли отдать России, а немецкие — Пруссии. Для обсуждения этого плана в Царском Селе был собран, по Высочайшему повелению, секретный комитет, который, однако, не разделил взглядов Барятинского — Система военного управления, проведенная гр. Д. А. Милютиным, встретила сильную оппозицию со стороны Барятинского: он резко критиковал ее "бюрократизм" и протестовал против чрезмерного умаления власти главнокомандующего в "Положении о полевом управлении войск в военное время", высказывая на этот счет идеи, отчасти получившие осуществление впоследствии в "Положении о полевом управлении" (1890 г.).

Перед началом Русско-Турецкой войны 1877-78 гг. возникло было предположение о назначении Барятинского главнокомандующим Русской армией, но не осуществилось.

В 1878 г., возмущенный унижением России на Берлинском конгрессе, Барятинский сам обратился к Императору Александру с предложением своих услуг для будущей войны и был  вызван в Спб., где при его участии и обсуждался план возможных военных действий.
25 февраля 1879 г. кн. Барятинский умер в Женеве; похоронен он в своем родовом имении — селе  Ивановском (Льговскаго уезда, Курской губернии).

См. также:

См. также: Барятинские (Борятинские), князья

80-й Пехотный Кабардинский Генерал-Фельдмаршала Князя Барятинского полк;

КАВКАЗСКАЯ ГРЕНАДЕРСКАЯ ДИВИЗИЯ;

ВОЕННО-НАРОДНОЕ УПРАВЛЕНИЕ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ.

Добавить комментарий

Оставить комментарий

Поиск по материалам сайта ...
Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество»
Проголосуй за Рейтинг Военных Сайтов!
Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова
Книга Памяти Украины
Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...
Top.Mail.Ru