Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Несвоевременные военные мысли ...{jokes}




***Приглашаем авторов, пишущих на историческую тему, принять участие в работе сайта, размещать свои статьи ...***

Походы 1759 г.

Войска коалиции в начале года стояли на зимних квартирах по Рейну, Майну, Эгеру, Верхней Эльбе и Нижней Висле, на протяжении 1.200 вер. (не считая шведов, на о-ве Рюген).

Сила их доходила до 327 – 371 т. чел., именно: французов – 100 до 125 т. (Контад – на левому берегу Рейна, близ Везеля; Субиз – на Майне); имперцев, вместе с 15-т. отрядом Гаддика, – около 45 т. (герцог Цвейбрюкенский – во Франконии; отдельный корпус – на Верре); австрийцев – 120 до 135 т. (Даун – у Гичина, не менее 80 т.; де-Виль – в Моравии, около 30 т.; Гемминген – на линии Аусиг-Комотау, до 10т.; остальные еще не присоединились к своим отрядам); русских – около 50 т. (Фермор – на Нижней Висле); шведов – 12 до 16 т.

Против этих сил коалиции, также на зимних квартирах, находились: 70 т. союзных войск (герцог Браунгшвейский – близ Мюнстера, Изенбург – у Гётингена) и до 120 т. пруссаков (принц Генрих – Саксония, 37 т.; король – в Нижней Силезии, 48 т.; Фуке – в Верхней Силезии, 12 т.; гр. Дона – против шведов и русских, 28 т.); сверх того в крепостях были 30 т. прусских гарнизонных войск, а всего – 190 до 220 т. чел. Т. образом, относительно числительности, положение Фридриха было благоприятнее, чем в предшествовавшие годы; но одержанные успехи стоили ему слишком дорого: много погибло боевых генералов и офицеров, еще более – старых, испытанных солдат, и армия короля 1759 г. была гораздо ниже той, с которою он начать Северную войну. Поэтому, не имея уже сил, по прежнему, обращаться к решительным действиям, Фридрих отказался от обычного почина в открытии кампании вторжением в пределы Австрии и стал выжидать действий союзников, чтобы затем обрушиться на сообщения и перейти к стратегическим маневрам вообще, не избегая и боя, если бы к тому представился благоприятный случай.

Переговоры между союзниками привели к следующему плану: русская армия, усиленная австрийским корпусом где-либо на линии Одера, д. была овладеть каким-нибудь крепким пунктом на этой реке ниже Бреславля и потом действовать против Берлина; в то же время австрийцы удерживают армию короля операциями против Лузации и Силезии, императрицы действуют против принца Генриха и овладевают Дрезденом, французы наступают к Ганноверу, шведы – к Берлину.

Операции эти предполагалось начать весною.

На самом же деле, действия Фридриха, а также отсутствие согласия и общего руководства у союзников, большей частью преследовавших свои частные интересы в ущерб общим, в значительной степени расстроили план коалиции.

Операции пруссаков против магазинов.

Предугадывая нерешительность действий австрийцев, Фридрих положил открыть кампанию энергичными набегами на неприятельские магазины, с целью замедлить начало операций и тем сократить период военных действий, а также – лишить противника средств, обыкновенно к весне сильно истощавшихся.

1-й опыт произведен на магазины русской армии.

Считая себя в праве игнорировать нейтралитет Польши, уже нарушенный раньше русскими, Фридрих в начале февраля выслал из Глогау отряд Генерал Ваперснова (3 ? т. пехоты и 1 ? т. конницы с 12 ор.). Фермор находился в то время в Петербурге. Замещавший его генерал Фролов-Багреев принял меры обеспечения магазинов: неподвижное охранение установлено от Оливского монастыря на Боржехово и Шнейдемюле к Познани и от Торна к Броднице, а подвижное – от Плоцка на Гнезно, Кротошин, Краунштадт, Мезерич, Шверин, к неймаркским границам.

Направленный к Познани конно-гренадерский полк Дальке не мог задержать пруссаков, и Ваперснов уничтожил запасы в Познани, Фридланде, Вронках, Чиркове и Обржицах (всего до 9 т. чтвт. муки), а затем быстро отступил к силезской границе, преследуемый только казачьими партиями.

Когда выяснилось направление значительных сил противника на Познань, Фролов-Багреев начал сосредотачивать армию; но, получив донесение Дальке об отступлении Ваперснова, вновь разместил войска по квартирам, приняв меры к заблаговременному получению сведений о передвижениях неприятеля.

Т. образом, действительная цель набега пруссаков весьма скоро выяснилась в главной русской квартире, первоначально полагавшей, что наступает сам Фридрих, воспользовавшийся бездействием Дауна; но всё-таки этот набег произвел сильное впечатление в Варшаве (король Август III уже собирался выехать в Гродну), Вене и Петербурге (отразился на обсуждении плана операций, в смысле замедления его до начала марта).

В конце февраля и начале марта войска, отряженные принцем Генрихом, овладели Эрфуртом, Эйзенахом, Фульдою, Заальфельдом, Гофом и, взяв с них контрибуции, возвратились в Саксонию. После того король направил Фуке (20 т.) к Ольмюцу, чтоб уничтожить тамошние магазины, и приказал принцу Генриху сделать то же на линии Эгера и к западу от Эльбы. Фуке в половине апреля двинулся к Ольмюцу, но был вынужден к отступлению де-Вилем, причем избежал поражения, благодаря лишь прибытию к нему на помощь короля. Тем не менее, наступление Фуке убедило Дауна, что Фридрих намерен, оттянув австрийцев в Моравию, вынудить их на бой до подхода русских к Одеру; поэтому Даун, чтоб отрезать короля от Нижней Силезии, сосредоточил армию на границе Силезии, против Швейдница, оставив в Богемии, к западу от Эльбы, только 15 т. Геммингена. Между тем принц Генрих произвел вторжение в Богемию 2 колонами, разбил попавшиеся ему на пути слабые австрийские отряды, дошел до Турска (близ Праги), уничтожил 9 магазина с запасами довольствия для 50 т. чел. на 140 дн. и фуража для 25 т. лош. на 60 дн. и много транспортных судов на Эльбе, а затем безнаказанно отступил в Саксонию.

Даун, узнав об этом, выслал в Богемию подкрепление, прибывшего, однако слишком поздно; когда же Фридрих возвратился к Швейдницу, то австрийцы отказались и от предприятий против сообщений короля.

В конце апреля и в мае принц Генрих, по приказанию Фридриха, произвел в долине Майна нападения на квартиры армии герцога Цвейбрюкенского, уничтожил её магазины и вынудил имперцев отступить к Нюрнбергу; после чего, собрав с края большие контрибуции, он отступил в Саксонию, откуда отрядил Гюльзена (9 т.) в Померанию, на усиление гр. Дона.

Имперцы расположились между Бамбергом и Нюрнбергом, а Гаддик двинулся на присоединение к армии Дауна. Почти одновременные операции принцев Генрха и Брауншвейгского (против французов) были приняты в Вене за начало военных действий и окончательно утвердили австрийскую Главную квартиру в предположении, что король поставил себе целью разбить главные силы австрийцев до прибытия русских. Действия пруссаков в начале, 1759 г. лишь незначительно изменили вышеприведенное расположение австрийской армии.

Генерал Бек двинулся к Грейфенбергу, где, после небольшой стычки, захватил 2 ор.; армия Дауна перешла к Кёнигингофу, а Буков занял Юнг-Бунцлау. Во всяком случае, Фридрих одержал важные успехи, хотя и не особенно ослабившие его врагов в материальном отношении, но имевшие большое значение в смысле моральном: австрийская Главная квартира была до такой степени напугана, что решилась не делать ни шагу вперед, пока пруссаки будут оставаться у Ландсгута и Стригау.

Действия русской армии.

По получении известия о вступлении пруссаков в Познань, Фермор отправился к армии и прибыл к ней 26 марта.

В бытность свою в столице, он поддерживал австрийского генерала Тиллие, присланного из Вены с проектом совместных действий. Конференция также выработала план, вполне согласный с предложениями австрийцев. Поэтому решено было довести русскую армию до 100 т. чел., из коих 90 т. назначить для совместных операций с австрийцами, а 10 т. оставить на Нижней Висле и к половине лета усилить их рекрутами до 30 т.; при этом обещано Тиллие, что в начале мая 90 т. русских сосредоточить к Познани. Затем предполагалось, что около 6 июля русская и австрийская армии подойдут к Одеру между Глогау и Бреславлем, установят между собою связь и откроют операции по обоим берегам этой реки, вверх (?) или вниз по течению.

Т. образом Австрия добилась своей цели: русская армия превращалась в вспомогательную для австрийской. Недостаток принятого плана заключался в шаткости, гадательности его оснований: главнокомандующий не знал, какие силы будут в его распоряжении, сколько войск он может оставить на Висле (у него были всего 67 т.), где его армия соединится с австрийскою, чем руководствоваться в вопросе о направлении операций вверх или вниз по Одеру, наконец – как устроить довольствие армии.

Наводка мостов на Висле окончена лишь к 12 мая, а первые 30 т., отправление которых настойчиво требовалось Австрией, могли выступить только 21-го. Части армии, организованные по новому распределению и сосредоточившиеся на линии Старгард-Мюнстервальде-Бромберг, получили следующие приказания: авангард Мордвинова – перейти к Шриму, 1-я дивизия Фролова-Багреева – к Оборнику, 2-я дивизия Вильбуа и 3-я (Обсервационный корпус) кн. Голицына – к Познани; тыловой корпус гр. Румянцева оставлен на Висле, для прикрытия Восточной Пруссии и магазинов. Когда выдвинутые вперед кавалерийские части донесли о появлении противника на познанском театре, то Фермор несколько ускорил движение войск, а затем они перешли: главные силы (2-я дивизия, полевая артиллерия, 8 полков кавалерии и 1 т. казаков) – в Накель; авангард и 3-я дивизия, под общее начальством кн. Голицына (с 15 эскадронов и 2 т. нерегулярных войск), – в Познань; 1-я дивизия (с 44 полевых орудий и 2? т. конницы) – в Усцы.

Впереди флангов армии находились особые конные отряды, а впереди всего фронта непрерывно производились разведки. Позже наблюдение за левым флангом было усилено: 5 полков конницы Тотлебена выдвинуты к Шриму.

Между тем, по решению конференции, главнокомандующим назначен был, вместо Фермора, гр. Салтыков (см. Салтыковы [1]), вступивший в командование в Познани, куда Фермор прибыл с главными силами 24 июня. Вскоре 1-я дивизия поступила под начальство Фермора, а Фролов-Багреев заместил Румянцева.

По утвержденному императрицей Елисаветой новому плану операций, наши главные силы направлялись к Каролату, где следовало подготовить переправу, а переходить на левый берег Одера указано лишь в том случае, если армия не рискует подвергнуться отдельному поражению и довольствие её будет обеспечено из австрийских магазинов; русская армия не должна удаляться от Одера далее 3 переходов и маневрировать ей только на пространстве между Одером и Бобром; буде Даун не согласится на соединение у Каролата, искать такового у Кросена, а если это не удастся, то 19 – 20 июля соединиться с австрийцами где-либо вниз или вверх по Одеру; главнокомандующему русской армией, не подчиняясь Дауну, слушать его советов, но при нерешительной победе соединенных сил не рисковать целостью своей армии ради австрийских интересов, не заходить далеко, склоняя Дауна к занятию крепостей, и только в случае полного поражения пруссаков распространять операции возможно дальше, строго наблюдая, чтоб австрийцы не заключили с Пруссией сепаратного мира; в отдельный бой с пруссаками вступать только при большом превосходстве над ними в силах; если король разобьет Дауна и при этом обе союзные армии будут еще значительно удалены одна от другой, то в серьёзные операции не ввязываться, а при расстоянии между армиями не свыше 2 переходов – атаковать пруссаков не позже, как на 3-й день, требуя того же и от Дауна.

Т. образом операции русских ставились в тесную зависимость от действий австрийцев, что было весьма выгодно для Фридриха, главная цель которого состояла в том, чтобы не допустить соединения этих 2 своих противников.

Обстановка хотя благоприятствовала активному образу действий Дауна, но он медлил и дал Фридриху возможность к 12 июня сосредоточить у Ландсберга, против русских, до 30 т. под начальством Мантейфеля, которому приказано было перейти в наступление и всецело воспользоваться средствами польской Померании и Познани. Исполняя это приказание, пруссаки двинулись на Бирнбаум и Пшев; но разведки выяснили русским угрожавшую им опасность, и Фермор сосредоточил армию к Познани, а самый город был поспешно укреплён. 1 июля новый главнокомандующий, Салтыков, объединил в руках Тотлебена начальство над конницею перед фронтом армии.

Между тем Дона (заместивший Мантейфеля), пропустив случай атаковать русских почастям, двинулся по правому берегу Варты к Познани; Салтыков же принял меры к задержанию пруссаков, окружив их конным отрядами, и угрожал сообщениям Дона с Ландсбергом.

7 июля русская армия направилась в Янковицы, оттеснила неприятеля к слиянию Варты с Одером и 14-го перешла в Заморжу, а Дона 12-го занял Мезерич.

Граф Семен Гаврилович Зорич

Граф Семен Гаврилович Зорич.
Неизвестный художник, кон. XVIII в.

15-го, по обсуждении дел на военном совете, Салтыков переменил операционную линию на Бетчен-Цюлихау, откуда полагал идти к Кросену или Каролату.

Т. образом ему приходилось исполнить чрезвычайно смелый и рискованный фланговый марш, причем он мог быть отрезан от Познани.

Приняв меры к соответствующему направлению подвозов и обеспечению войск на случай задержки в доставке продовольствия, а также к обеспечению тыла армии, Салтыков двинул ее 17-го, прикрывая марш конницею Тотлебена, а 20-го перешел с главными силами прусскую границу у Гольцына, заняв Цюлихау полком Зорича.

Дона, чтобы воспрепятствовать намерению Салтыкова, выступил тоже 17-го, а 21-го занял Швибус и, прорвавшись мимо Тотлебена, вытеснил Зорича из, Цюлихау. Здесь прусская армия (18 т. пехоты и 9380 конницы) поступила под начальство генерал Веделя, которому Фридрих приказал поправить дело, т. е. разбить русских и воспрепятствовать соединению их с австрийцами.

Салтыков, несмотря на возможность потерять свои сообщения, окончательно решился обойти неприятеля на позиции у Цюлихау, с целью продолжать марш к Кросену. Утром 22-го он произвел рекогносцировку, а в 5-м ч. дня армия (28 т. пехоты и 1278 т. конницы) двинулась на Клемциг к Букову, оставив в Гольцыне обозы при 2 батальонах и 6 эскадронов с артиллерией; к Гольцыну же ожидался и отряд Мордвинова (6 батальонов и несколько эскадронов).

У Букова армия заночевала в походном порядке, а в 3 ч. у. направилась к Пальцигу. Ведель не принял мер для своевременной ориентировки, а потому слишком поздно догадался о движении русских к дороге на Кросен, и тогда решился немедленно атаковать их, что привело к сражению при Пальциге или Кае (см. Цюллихау), окончившемуся поражением пруссаков.

Русские преследовали слабо, и благодаря этому пруссаки перешли на левый берег Одера, к Диндорфу (в ? мили оть Кросена).

К 27 июня австрийские отряды были расположены: Даудон – у Траутенау, Бекау и Браунау; де-Виль – в Цукмантеле; Вела – у Габеля; Гаддик и Гемминген – на р. Эгер; Гарш – у Нейштадта; главные силы Дауна – у Шурца (всего 134 т. при 496 ор.). После настойчивого приказания из Вены, Даун, оставив Януса при Дейче и Гарша у Шурда, медленно двинулся 28 июня в Лузацию и 6 июля занял с главными силами крепкую позицию у Марклисы. Между тем пруссаки произвели рекогносцировку к стороне Траутенау; Гарш временно отошел к Кёнигсвальду, но вскоре, перейдя в наступление, отбросил пруссаков к Траутенау, чему способствовали маневры Лаудона, который сбил неприятеля у дер. Лан (близь Либенталя), преследовал до Левенберга и выяснил, что король уже отступил из окрестностей Ландсгута. Тогда Даун приказал занять этот пункт Гаршу и де-Вилю, а Лаудону продвинуться до Фридеберга.

Итак, к 17 июля австрийцы находились: Даун – у Марклисы, Лаудон – у Лаубана, Вела – у Гёрлида, Эстергази – у Фридрихсдорфа, Гемминген – близ Цитау; Гарш в Гаддик были отозваны к главным силам, но вслед затем Гаддик направлен к Баудену, для наблюдения за принцем Генрихом.

Действия Дауна соответствовали видам австрийского правительства, преследовавшего свои частные интересы, в силу чего Кауниц и заставил уже русскую армию подойти к австрийской. Теперь Даун старался подвести русских под 1-й огонь, чтобы самому довершить победу и воспользоваться её последствиями; поэтому он и не послал нималейшего подкрепления русским ко дню пальцигского сражения, а Лаудон в этот день продвинулся лишь к Ротенбергу.

Так или иначе, но после упомянутого сражения путь к Берлину был открыт, чем и следовало пользоваться.

Салтыков, прибыв к Кросену 28-го, приказал Тотлебену и Голицыну оттеснить Веделя, находившегося на левом берегу Одера, в виду Кросена. Ведель отступил, не ожидая удара; Тотлебен остался наблюдать за ним, а Голицын присоединился к главным силам. Между тем Салтыков, уже успевший убедиться в полной пассивности Дауна, решился захватить Франкфурт и угрожать столице Пруссии. Тогда Даун, опасаясь важных политических последствий от решительных действий одной русской армии, без австрийских войск, поспешно выслал Лаудона, с целью предупредить русских во Франкфурте и действовать совместно с ними. В то же время он приказал Гаддику препятствовать соединению принца Генриха с королем, для чего "атаковать пруссаков и непременно разбить», а затем действовать против тыла или фланга Фридриха.

Гаддик не решил ни той, ни другой задачи, и даже пруссаки захватили его обозы. Между тем король, оставив у Ландсгута Фуке, перешел на позицию Шмотзейфен-Левенберг, а принцу Генриху приказал, оставив небольшой гарнизон в Дрездене, с остальными силами двинуться на Бауцен и далее к северу от Прибуса, чтобы препятствовавать соединению союзников; однако принц не имел в этом успеха.

30 июля Даун продвинул свое левое крыло до Лаубана и занял передовым отрядом Наумбург, желая выжить Фридриха из шмотзейфенской позиции. Но король, верно оценив, что со стороны боязливого Дауна нет серьёзной опасности и узнав о поражении Веделя при Пальциге, взял 10 т. из своих главных сил, быстро двинулся к Сагану, отправил оттуда принца Генриха к войскам у Шмотзенфена, а сам, с оставшимися силами, решил обратиться против Салтыкова, чтобы воспрепятствовать движению его к Гёрлицу.

Лаудон, получив известие о пальцигском бое, бездействовал в Ротенбурге более 3 дней, полагая, что Даун и Гаддик не позволят пруссакам броситься снова с значительныи силами на русских; Гаддик же беспрепятственно пропустил принца Генриха и Фридриха, и только когда король прошел на Мильрозен, то Лаудон и Гаддик (40 – 50 т.) выказали намерение двинуться к Франкфурту. Сюда же 1 августа выступили из Кросена и главные силы Салтыкова, а еще 28 июля выдвинут был отряд Вильбуа (5 пехотных и 4 конных полка с артиллерией); отряд этот занял Франкфурт 31 июля, предупредив австрийцев. Гарнизон (546 чел.) вышел из крепости, но был окружен и сдался. По пути на Франкфурт к Салтыкову прибыл Лаудон и заявил, что т. к. король, со всеми силами, двинулся против Дауна, то Гаддик повернул туда же, и теперь неуместно обсуждать вопрос о движении хотя бы к Франкфурту, не говоря уже о действиях против Берлина, а потому просил дать ему 30 т. русских пехоты, чтоб и он мог направиться на подкрепление к Дауну. Затем он требовал контрибуции с Франкфурта, а сам быстро двигался к этому городу, желая предупредить там Вильбуа, но напрасно.

Салтыков вечером 3 августа прибыл к Франкфурту и расположил армию на правом берегу Одера; на следующий день присоединиться к русским и Лаудон (18 ? т. при 48 ор.). Захватив т. образом инициативу и принимая во внимание близость отряда Гаддика, Салтыков полагал направить для набега на Берлин Румянцова, а затем оперировать в этом направлении со всеми силами; но, вследствие видимой нерешительности Дауна и все более выяснявшегося намерения его затянуть русских в Силезию, при невозможности заставить австрийского главнокомандующего присоединить к русской армии если не все, то хотя бы большую часть сил, а также в виду появления армии Фридриха для прикрытия Берлина, Салтыков вынужден был отказаться от своего плана и приготовиться к отступлению на Кросен, для соединения с главною австрийскою армией.

5 августа конницею обнаружено были присутствие пруссаков у Мильрозена и Лебуса; затем русские конные партии показывались в тылу неприятеля, чем сильно озабочивали короля по охранению его сообщений и в то же время давали Салтыкову возможность знать о всех передвижениях Фридриха. Положение последнего делалось критическим: в расстоянии 80, 150 и 100 – 120 вер. от Берлина находились 3 массы неприятельских войск: 58 т. Салтыкова, до 50 т. Дауна (а впереди, в 40 вер. от Салтыкова, – 15 т. Гаддика) и 20 – 30 т. имперцев в Саксонии; против них король располагал только лишь 50 т. чел.; в Саксонии находился гарнизон в Дрездене; в то же время принц Генрих, с 35 т., удерживался против 60 т. австрийцев, обеспечивавших тыл своей армии, а войска Фуке стояли на линии Ландсгут-Швейдниц, против австрийского отряда Гарша (18 т.).

Фридрих решил выйти из этого положения, направив все силы, которые можно было притянуть, против наиболее выдвинувшегося вперед неприятеля, ни разу не уклонявшегося от боя и являвшегося наиболее опасным, т. е. против русской армии. Салтыков, поняв, что он может быть атакован на правом берегу Одера, положил принять бой на занятой им уже позиции у Кунерсдорфа и, тщательно изучив местность, переменил фронт кругом и приготовился к обороне, не приняв впрочем, мер для затруднения королю переправы. Фридрих, оставя против Франкфурта отряд Вунша, переправился с 43 т. через Одер и атаковал армию Салтыкова 12 августа, но потерпел полное поражение (см. Кунерсдорф). Преследование велось конницами Тотлебена и Лаудона. Особая прусская колона заняла Франкфурт и захватила там 266 чел. (залог), но, в виду поражения своей армии, отступила к Лебусу. Фридрих отчаялся в возможности спасти Пруссию, помышлял даже о самоубийстве, сложил с себя звание главнокомандующего и назначил генералиссимусом принца Генриха; однако вскоре оправился и начал стягивать отовсюду войска для обороны Берлина. Померания была оставлена, а гарнизоны крепостей притянуты к королю; даже в Дрезден послано приказание генерал Шметтау очистить город.

После кунерсдорфской победы русская армия нуждалась в отдыхе, для приведения в порядок особенно; при этом Салтыков мог располагать только 20 т. русских войск, австрийцы же подчинялись ему не иначе, как по соглашению с Дауном. К 16 августа воздух в окрестностях Кунерсдорфа сделался "тяжким», и русская армия перешла на левом берег Одера, к дер. Лосов. Легкая конница Тотлебена оставлена на правому берегу, для разведок и охранения сообщений сПознанью. австрийцы в это время находились: главные силы Дауна – у Прибуса и Лаубана, Аремберг – у Марклисы, д'Энс – у Лиссы, Маркуер – у Гёрлица, Гарш – у Траутенау.

Даун заботливо сторожил слабую армию принца Генриха, стоявшую у Левенберга, не считая возможным обратиться к решительным действиям даже против неё, не говоря уже о Берлине, и в то же время делал неосуществимым предложения Салтыкову относительно действий русских войск.

Негодующий все более Салтыков потребовал личного свидания с Дауном, которое и состоялось 22 августа в Губене. Дауну удалось настоять на том, чтоб обе армии оставались на своих позициях до взятия Дрездена, а затем двинулись в Верхнюю Силезию; при этом он обещал принять меры к устройству продовольственной части для русской армии, для чего австрийцы и заложили магазин в Губене.

28-го русская армия, взяв с Франкфурта контрибуцию и испортив канал Фридрихсграбен, выступила к Либерозе, куда и прибыла 30-го.

Большая часть корпуса Гаддика еще 24-го направилась к Дрездену, а с остальными войсками он обеспечивал с фланга марш Салтыкова и занял Мохау; Лаудон же составлял арьергард и перешел за русскими к Либерозе.

Фридрих, сосредоточив к 20-му у Фюрстенвальде 33 т., для обороны подступов к столице, выслал на-выручку Дрездена небольшой отряд Вунша, который взял обратно Торгау и Витенберг и подступил к Дрездену, но поздно: Шметтау 4 сентября уже сдал этот город имперцам. В то же время принц Генрих предпринял движение к Сагану и Сорау, сначала 10 т. Цитена, а затем – большей частью своей армии; король же перешел на позицию у Вальдау (на пути Либерозе-Берлин).

Между тем Даун получил из Вены приказание овладеть креп. Глогау при содействии русской армии, после чего надеялись окончательно отрезать Силезию и принца Генриха от Берлина и короля. Появление принца Генриха обеспокоило союзников: Даун отошел от Трибеля к Муске, но, узнав, что в Сорау находился только Цитен, оставил Букова у Муски, а сам, с главными силами, двинулся через Форст и 2 сентября подошел к Сорау. Однако Цитен уклонился от удара, а принц Генрих отступил на юг. Получив об этом донесение, а также о взятии Дрездена имперцами, Даун решился наступать к Берлину, в обход правого фланга короля, и 10-го занял Шпремберг; но т. к. принц Генрих, по прибытии к Шмотзейфену, направился вдоль границы Богемии к Гёрлицу, захватив при этом несколько небольших магазинов, то этот маневр на сообщения австрийцев устрашил Дауна, и он, для сбережения Саксонии, двинулся к Бауцену, куда и прибыл 13-го, снова удалившись от русской армии на 100 вер. Отряд Бека расположился кордоном от Фридланда до Цитау, для прикрытия Богемии, а Гаддик обеспечивал Дауна со стороны армии короля.

В это время Фридрих потребовал от принца Генриха повторения маневра в направлении к русскому магазину у Губена, но принц, сам опасавшийся теперь за свои сообщения, остановился против Гёрлица.

Салтыков, приведенный в негодование последним изменением в намерениях Дауна, решил, за отсутствием подходящей цели, двинуться к Глогау, не придавая однако этому маневру особого значения, т. к. не имелось средств к овладению крепостью.

16-го русская армия отошла в Губен, откуда Салтыков отправил к Дауну Румянцева, с требованием об усилении русской армии 10 – 12 т. австрийцев (вместо войск Гаддика), доставлении к ней осадной артиллерии с боевыми припасами и снабжении теперь же запасом довольствия на месяц. Даун обещал исполнить все это, кроме снабжения довольствием, причем советовал "добывать провиант посредством контрибуций в Силезии».

Фридрих, уразумев, что означало движение русских, направился с 24 т. параллельно Салтыкову, чтобы не допустить его к Глогау, а принцу Генриху приказал, обойдя Дауна, двинуться к Эльбе, для обороны подступов к Берлину и усиления в Торгау и Витенберге корпуса Финка (15 т.).

18-го Салтыков двинулся из Губена, не найдя там достаточного количества запасов, и 20-го прибыл к Христианштадту; 21-го ему, благодаря коннице Тотлебена, уже ясно было, что король следовал на Саган, чтобы предупредить русских у Глогау.

22-го Фридрих прервал сообщение между Салтыковым и Дауном, а 23-го перехватил путь союзников. Т. образом отступление Салтыкова превратилось в фланговый марш-маневр. Новое сражение он признавал нецелесообразным; поэтому 21-го переправился через Бобр и двинулся к Бейтену, прикрываясь конницею Тотлебена и авангардом Лаудона, а 24-го, уклонившись от боя с Фридрихом, отошел с главными силами к Кельше, австрийцы же к Тарнау.

29 – 30 сентября русская армия и корпус Лаудона переправились у Кельше на правом берегу Одера и затем потянулись к Грос-Остену (на р. Барч), где оставались до 22 октября. Итак Салтыков, не обращая внимания на старания Лаудона, отказался от дальнейших действий против короля, хотя и привлек на себя его главные силы, расположившиеся частью у Глогау, частью у дер. Линхен; конференция же не только не поддерживала русского главнокомандующего, но даже склонялась на требования Кауница, чтобы наша армия оставалась в Силезии на зимние квартиры, или чтобы 20 – 30 т. русской пехоты были присоединены к корпусу Лаудона и двинуты в австрийские владения. Тем не менее, Салтыков, понимая вполне правильно положение дел, решился действовать согласно с интересам России и отойти на зимние квартиры к Висле, причем предложил Лаудону следовать с русскими до Варты, а затем, если найдет нужным, – соединился с Дауном через Краков; Лаудон не согласился и предполагал остаться в Калише до более благоприятных условий для своего движения.

22-го русская армия направилась к Гернштадту (гарнизон не сдался, и город уничтожен бомбардированием), 24-го продолжала марш на Трибуш и 26-го прибыла в Пуниц. Затем, по требованию Лаудона (отвлечь внимание Фридриха, который, убедившись в отступлении русских, обратился против Дауна), Салтыков сделал несколько переходов к Глогау, но от Равича повернул на Кребен и Гостин к Дольску, откуда дивизии двинулись небольшими переходами к Варте и расположились на квартирах в окрестностях Шрима, австрийцы же – между Здунами и Рашковым.

Квартирное размещение было тесно, довольствие войск сопряжено с затруднениями, а число больных сильно увеличилось. В общем, это квартирное расположение, бесцельное в стратегическом отношении и вредное в военно-административном, обусловливалось политическими причинами и капитальной ошибкой конференции, не предоставившей главнокомандующему полномочий в направлении операций и стеснявшей его на всяком шагу.

Мало того, конференция еще упрекала Салтыкова, сваливая на него ответственность за возможность усложнения политической обстановки. В то же время австрийцы предъявляли все большие требования и даже издевались над боевыми заслугами русских. Лаудон снова настаивал, чтобы 30 т. и не менее 20 т. русских войск были отданы в его распоряжение, для образования кордона от Конина до австрийских земель. Но Салтыков отказал в таком дерзком требовании и донес конференции; Лаудон же, игнорируя главнокомандующего, вскоре двинулся через Калиш и Краков в пределы Австрии. После того Салтыков получил повеление конференции выделить в распоряжение Лаудона 10 полков пехоты, для чего и назначил дивизию Румянцева, уведомив об этом Лаудона, но с оговоркой, что повеление конференции будет исполнено лишь в том случае, если корпус Лаудона останется на зиму в окрестностях Калиша. Лаудон отказался от предложенного подкрепления, находя его запоздалым и обвиняя Салтыкова в том, что оно не были дано ему раньше.

Т. образом только около половины ноября русская армия получила возможность двинуться на зимние квартиры к Нижней Висле, где и расположилась окончательно во 2-й половине  декабря.

Операции на Эльбе.

Даун, убедясь, что король двинулся к Глогау, 23 сентября выступил с 54 т. из Бауцена к Гёрлицу, чтоб атаковать принца Генриха (30 т.); но последний, по приказанию Фридриха, направился к Эльбе, в обход левого фланга Дауна, причем в 2 суток сделал до 70 вер. и рассеял несколько австрийских отрядов. Даун сначала полагал, что принц пошел на соединение с королем, а потому и продвинулся еще на 1 переход к востоку от Гёрлица; но затем, оставив корпус Бека для обеспечения базы в Цитау, возвратился усиленными переходами к Дрездену, где 29-го соединился с армией принца Цвейбрюкенского. К этому же времени принц Генрих прибыл к Торгау, упустив случай сделать что-нибудь решительное против Дрездена, которому на левом берегу Эльбы угрожал отряд Финка (15 т.). В виду сосредоточения 90 – 100 т. союзных войск, Финк отступил и у Стрелы соединился с принцем Генрихом (42 т.), а затем прусская армия стала на сильную позиции. Даун, после настойчивого приказания из Вены, направился к Торгау, но, имея почти вдвое превосходные силы, всё-таки не решился атаковать принца Генриха, а приступил к маневрированию на его сообщения, выслав для этого 8 т. в обход правого фланга пруссаков. Это побудило принца отступить к Торгау. Туда же двинулся и Даун, а Беку приказано было выслать летучие отряды к Берлину. Австрийцы остановились у Торгау, против принца, и направили 14 т. по левому берегу Эльбы, на сообщения пруссаков с Витенбергом; но принц двинул туда, по правому берегу, отряд Вунша, что имело следствием отступление имперцев и переправу их через Эльбу у Лейтевица. Сверх того Вунш прогнал австрийцев с сообщений пруссаков.

Между тем король, в виду отступления русских, разделил свою армию на 2 части: одну направил в Силезию, против Гарша, а другую, Гюльзена, – на подкрепление принцу Генриху. Даун, получив известие о движении этого подкрепления (под начальством самого короля), решил отступить к Дрездену.

Принц Генрих последовал за Дауном, притянув к себе 13 т. Гюльзена. Движения противников шли медленно до прибытия к армии Фридриха (13 ноября), Приняв начальство, король начал решительное наступление в охват Дрездена и Дауна (в лагере у Вильсдруфа) от сообщений с Прагою; для этого, от Носена к Дипольднсвальде, был направлен отряд Финка (12 т.), с целью отрезать подвозы из Богемии; но Даун 20 ноября атаковал Финка и вынудил его сдаться на капитуляцию (см. Максен). Через несколько дней такая же участь постигла часть отряда генерала Дприке (1.400 из 3 т.), разбитого Беком у Мейсена. Ободренный этими успехами, Даун двинулся было против пруссаков, но, увидя, что они готовы к бою, возвратился к Дрездену. Затем до конца года обе стороны оставались друг против друга, не предпринимая решительных действий, и расположились на тесных квартирах только в январе 1760 г.

Операции на западном театре.

В исходе марта герцог Брауншвейгский, зная, что Контад находился еще в Париже, решил направит часть своих сил к Франкфурту и отбросить Брольи (сменившего Субиза) за Майн и Рейн. Для обеспечения успеха, часть войск принца Генриха действовала из Саксонии к р. Эгер и, уничтожив австрийские магазины, возвратилась в Богемию; герцог же, оставив 25 т. против армии Контада, двинулся с 35 т. к Каселю и соединился там с Изенбургом, но пробыл 10 дн. в Фульде, для упрочения своего положения и обеспечения сообщений, что дало Брольи возможность сосредоточить армию на сильной позиции при Бергене. Герцог 13 апреля атаковал противника; но был отражен (см. Берген) и отступил к Фрицлару, после чего расположился по квартирам; то же сделал и Брольи (за р. Лан). В это время армия Контада стояла на левом берегу Рейна. Контад намеревался, сосредоточив обе французские армии в гессен-касельских владениях, двинуться вниз по Везеру и очистить его левый берег, а затем Армантьер (25 т.) д. был овладеть Мюнстером и занять Вестфалию. В начале мая Контад стягивал войска к Кёльну и Дюсельдорфу, устраивая переправу через Рейн ниже Везеля (с демонстративной целью). Герцог Фердинанд, узнав об этом, возложил оборону Гессен-Каселя на Имгофа (12 т.), а сам двинулся к Липштадту. Тогда Контад, оставив на Нижнем Рейне Армантьера (16 – 17 т.), направился к Гисену (на р. Лан) и, соединившись с армией Брольи, сосредоточил при Марбурге до 70 т.; Брольи же (17 т.) находился у Гомбурга. Оба они двинулись в гессен-касельские владения; Имгоф очистил Касель и едва успел отступить к Бюрену. Затем Брольи, заняв Касель, пошел к Миндену, где находились магазины противников, а Контад занял Падерборн. В виду этого, Фердинанд двинулся к Оснабрюку; но Брольи овладел уже Минденом с правом берегу Везера, Контад же направился к Гервордену. Тогда Фердинанд, желая иметь на Везере другой опорный пункт (вместо Миндена), занял частью войск вольный город Бремен, а сам перешел к Штольценау. В половине июня Контад, с позиции при Миндене, послал Брольи к Бюксбургу, а легкие отряды – во все стороны, даже до Ганновера. Но Фердинанд, сосредоточив свои силы, двинулся против Контада, выманил его из сильной позиции и в сражении 1 августа нанес поражение (см. Минден).

Между тем наследный принц Брауншвейгский разбил при Кёсфельде 8 т. французов Бриссака и отрезал Контаду отступление через Герворден. Вследствие этого Контад перешел на правый берег Везера и в безпорядке поспешил через Гастенбек и Гётинген к Каселю, к своим магазинам, причем потерял все обозы. На другой день Минден сдался Фердинанду. Армантьер в исходе июня овладел Мюнстером и двинулся к Надерборну; теперь же он направился через Варбург на соединение с Контадом. Последний выслал вперед Брольи, для занятия горных проходов; Фердинанд же, направив за Контадом наследного принца, двинулся к Каселю, с главными силами, по левому берегу Везера и, не успев предупредить Контада в проходах, обошел его левый фланг и вынудил к отступлению за р.р. Эдер и Ом, а затем, продолжая угрожать левому флангу противника, оттеснил его за р. Лан, к Гисену. В этом расположении обе армии оставались довольно долго, ведя малую войну. Между тем, в исходе ноября, Имгоф (6 т.) овладел Мюнстером. На место Контада был назначен Брольи который отступил к Буцбаху и Фридберу.

Фердинанд обложил Гисен; но, в виду наступления французов против его фронта и флангов, отошел к Марбургу. В это время Армантьер, двигавшийся со стороны Везеля, был атакован Вангенгеймом при Диленбурге, причем часть французского отряда была окружена и разбита или взята в плен.

Затем обе армии стали на зимние квартиры: Брольи – от Гисена до Гундерюка, союзная – в мюнстерском, оснабрюкских и падерборнском еписконствах, а Имгоф – в гессен-кассельских владениях.

Операция на северном театре.

После сражения при Кунерсдорфе Фридрих отозвал к себе из Померании 5 т. Клейста. Пользуясь этим, шведы перешли в наступление и, опустошая страну, достигли Пренцлова. По отступлении же русской армии в Польшу, небольшой прусский отряд Мантейфеля вынудил шведов уйти за р. Пеене, и все их успехи ограничились лишь взятием форта Пеенамюнде.

Заключение о походах 1759 г.

План Фридриха вполне отвечал обстановке; планы же коалиции – наоборот, и именно потому, что Австрия ставила свои частные интересы выше общих, сумев подчинить им и политику России и связанную этою политикой стратегию. Из всех союзников, одни русские, наиболее стесненные австрийским планом, действовали решительно и победою под Кунерсдорфом поставили Фридриха на край гибели. (Отдельные действия Салтыкова почти всегда поучительны в положительном смысле, например гольцын-пальцигская операция). Даун же действовал слишком осторожно, несмотря на значительное превосходство своих сил, и не только не воспользовался успехами Салтыкова для общей цели, но своими действиями во вред русской армии вынудил его, вопреки приказаниям конференции, отойти к Нижней Висле.

В общем, кампания 1759 г. прошла преимущественно в маршах-маневрах внутри базы Фридриха, в полосе Глогау-Франкфурт-Торгау-Шмотзейфен; 3 боя на границах этой полосы окончились неудачами и большими потерями для прусского короля. Однако успехи русских не принесли ожидавшейся пользы: непростительная медлительность, боязливая осторожность и нежелание Дауна обращаться к решительным действиям спасли Фридриха, и он, несмотря на крупные поражения, окончил кампанию довольно успешно, оставив в руках врагов своих только один важный пункт, Дрезден.



Название статьи:   Семилетняя война
Категория темы:    Российская империя Русская Императорская армия Семилетняя война Германская империя Французская армия
Автор (ы) статьи:  
Источник статьи:    Энциклопедия военных и морских наук. Под главной редакцией генерала от инфантерии Леера Спб. 1897 г. т. VII.
Дата написания статьи:   1897 г.
Статьи, использованные при написании этой статьи:   „Oeuvres historiques de Frederic le Grand“, nouv. edit. — „Hist, de la guerre de sept ans“; „Polit. Correspondenz Friedr. d. Gr.“; Arneih — a) „Gesch. Maria-Theresia’s“; б) „Maria- Theresia u. d. 7-jahr. Krieg“; Banke — „D. Ur-sprung d. 7-jahr. Krieg.“; труды, перечисленные в 3-й ч. „Всеобщей военной истории новейших времен“ кн. Голицына, особенно же — сочинения Наполеона, Жомини и Клаузевица; труды прусского генерального штаба, а из них — „Friedr. d. Gr. v. Kolin bis Rossbach u. Leuthen“; Bernhardi — „Friedr. d. Gr. als Feldherr“; Taysen — „Zar Beurtheilung d. 7-jahr. Krieg.“; Beiheft z. „Militar-Wochenblatt“: a) Zimmermann—„Aus d. milit. Briefwechsel Friedr. d. Gr.“ (1882 H. I, 1884 H. I и II); 6) Wmier — „Zieten bei Kolin“ (1884 H. VIII); в) Delbruck - „Ueb. d. Feld-zugsplan Friedr. d. Gr. im Jahre 1757“ (1887 H. X и XII); Heilmann — „Beitrag z. Gesch. d. Feldzugs v. 1757“; Meynert — „Gesch. d. K.-K. Osterreich. Armee“; „Friedrich’s II Einbruch in Bohmen u. d. Treffen v. Heichenberg“ („Org. d. milit. Wiss.-Ver.“, XLII B. 1891; основано на материалах австрийского военного архива); Сухотин — „Фридрих Великий“; Масловский — а) „Русская армия в Семилетней войне“ (вып. I—III); б) „Русско-австрийский союз 1759 г.“; в) „Записки по истории военного искусства в Poссии“ (вып. I); „Lehwaldt и. Арraxin in Ostpreussen“ („Jahrbucher f. d. deutsche Armee u. Marine“, B. LXVIII, № 200, H. 2, Mai 1888); Марков — „История конницы“ (ч. IV); П. А. Гейсман — „Параллель между вторжениемъ пруссаков в Богогемии 1757 и 1866 r.“; „Biblioth. internation. d'hist. milit.“ (рус. перевод Клембовского).
Источник изображений:   Zuverläßige Nachricht von dem am 1ten October 1756 ... von den Königl. Preußischen Trouppen über die Oesterreichische Armee bey Lowesitz in Böhmen erfochtenen glorreichen Siege, ГЭ, Nationalgalerie der Staatlichen Museen zu Berlin


Уважаемый посетитель, Вы вошли на сайт как не зарегистрированный пользователь. Для полноценного пользования мы рекомендуем пройти процедуру регистрации, это простая формальность, очень ВАЖНО зарегистрироваться членам военно-исторических клубов для получения последних известей от Международной военно-исторической ассоциации!




Комментарии (0)   Напечатать
html-ссылка на публикацию
BB-ссылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

ВАЖНО: При перепечатывании или цитировании статьи, ссылка на сайт обязательна !

Добавление комментария
Ваше Имя:   *
Ваш E-Mail:   *


Введите два слова, показанных на изображении: *
Для сохранения
комментария нажмите
на кнопку "Отправить"



I Мировая война Артиллерия Белое движение Великая Отечественная война Военная медицина Военно-историческая реконструкция Вольфганг Акунов Декабристы Древняя Русь История полков Кавалерия Казачество Крымская война Наполеоновские войны Николаевская академия Генерального штаба Оружие Отечественная война 1812 г. Офицерский корпус Покорение Кавказа Российская Государственность Российская империя Российский Императорский флот Россия сегодня Русская Гвардия Русская Императорская армия Русско-Прусско-Французская война 1806-07 гг. Русско-Турецкая война 1806-1812 гг. Русско-Турецкая война 1877-78 гг. Фортификация Французская армия
Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество» Издательство "Рейтар", литература на историческую тематику. Последние новинки... Новые поступления, новые номера журналов...




ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЕНО

съ тъмъ, чтобы по напечатанiи, до выпуска изъ Типографiи, представлены были въ Цензурный Комитет: одинъ экземпляръ сей книги для Цензурного Комитета, другой для Департамента Министерства Народного Просвъщения, два для Императорской публичной Библiотеки, и один для Императорской Академiи Наукъ.

С.Б.П. Апреля 5 дня, 1817 года

Цензоръ, Стат. Сов. и Кавалеръ

Ив. Тимковскiй



Поиск по материалам сайта ...
Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество»
Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова
Книга Памяти Украины
Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...