Главная > О-библиотека > О вооружении гуситов.

О вооружении гуситов.


27 октября 2009. Разместил: templarius

Вольфганг Акунов


О ВООРУЖЕНИИ ГУСИТОВ.


Светлой памяти богемских иоаннитов, павших в боях с таборитами


"...военные орудия, коими пользуется рыцарь, суть копье, кинжал, арбалет, лук, моргенштерн, бациллард, метательный топор, а также нож, палица и фаустбрюгель...".

В этом перечислении, в которое он включил, кроме вышеперечисленных, и такой типично рыцарский предмет вооружения, как меч, известный чешский религиозный реформатор и профессор Пражского университета Ян Гус, сожженный в 1415 г. по постановлению Констанцского собора римско-католической церкви на костре за ересь, что положило начало первой волне антикатолической Реформации – так называемым Гуситским войнам, в ходе которых проявилась яркая пассионарность чешского народа, описал достаточно широкий спектр вооружения, использовавшегося в Западной Европе в начале XV столетия.

До наших дней дошло немало современных Гусу книжных миниатюр, гравюр, а также множество молитвенников и изданий христианского Священного Писания с изображениями всех перечисленных выше видов оружия, в порыве благочестивого невежества перенесенных средневековыми живописцами и граверами в библейские времена. И хотя на средневековых иллюстрациях к историческим хроникам, в особенности изображающих сцены сражений, почти не заметно различий между вооружением католических феодальных армий и вооружением сражавшихся против них гуситских войск, не подлежит сомнению, что основная масса гуситской пехоты, составлявшая большую часть армий антикатолических повстанцев (хотя не следует забывать, что у еретиков-гуситов имелась также вооруженная по последнему слову тогдашней военной техники, сильная тяжелая, средняя и легкая конница), не имела защитного вооружения – по крайней мере, на начальном этапе гуситского движения, до первых побед над крестоносцами-феодалами, в результате которых арсеналы гуситов пополнились значительными запасами трофейных доспехов, среди которых было немало высококачественных, дорогих панцирей, шлемов, нагрудников и пр. работы лучших оружейных мастеров Европы. Гуситский ополченец – как правило, вчерашний городской пролетарий или безземельный крестьянин – просто не имел средств, необходимых для приобретения дорогостоящих доспехов.


"Фаустбрюгель", моргенштерн и боевой цеп

Оружием, перечисленным Яном Гусом, были оснащены как католические феодальные армии крестоносцев, так и противостоявшие им гуситские военные отряды. Но в то же время для гуситов были наиболее характерны различные типы ударного оружия, которыми гуситские воины владели с поистине непревзойденным мастерством, чему они и были обязаны своей легендарной воинской славой. В качестве примера можно привести упомянутые выше Яном Гусом "фаустбрюгель" и моргенштерн.

И тем, и другим термином в землях средневековой "Священной Римской империи (германской нации)", неотъемлемую часть которой издавна составляла и Богемия-Чехия (чьи короля входили в число так называемых "курфюрстов", или "князей-электоров", избиравших римско-германского Императора), обозначалось древковое оружие ударного типа. Но в то время, как ударная боевая часть "фаустбрюгеля", представлявшего собой вид боевого молота (чекана) или булавы с шарообразным утолщением на конце древка (сродни которой был и бациллард), была всегда жестко закреплена на древке, на которое она была плотно насажена, моргенштерны были двух видов.

У обычного моргенштерна тяжелая, также главным образом шарообразная, боевая часть также была плотно насажена на древко, порою достигавшее значительной длины. Но наряду с этим были широко распространены и так называемые "кеттенморгенштерны" ("цепные моргенштерны", или "моргенштерны на цепи"), у которых шарообразная ударная часть была подвешена к древку на цепи или ремне, наподобие кистеня.

Ударная часть моргенштерна, изготовленная чаще всего из твердых пород дерева, обивалась железом и, с целью увеличения своей убойной силы, снабжалась острыми зубцами, шипами, гвоздями или колючками, пробивавшими неприятельские доспехи. Именно этим зубцам и шипам, расходившимся во все стороны, наподобие лучей у звезды, моргенштерн и был обязан своим названием (нем.: Morgenstern="Утренняя звезда").

Что же касается гуситского боевого цепа, то он происходит он обычного крестьянского молотильного цепа. Вероятнее всего, гуситы первоначально пользовались в бою именно этим орудием крестьянского труда, без всяких переделок. Но очень скоро эффект от применения цепа был усилен путем обивки его деревянной молотильной части железом и забивания в головку цепа длинных железных гвоздей. Судя по сообщениям хронистов времен Гуситских войн, удары утыканных гвоздями и окованных железом боевых цепов сокрушали самые прочные шлемы и панцири.

Именно родство перечисленных выше видов ударного оружия гуситов с орудиями труда и инструментами, каждодневно использовавшимися крестьянами и ремесленниками, объясняет виртуозное владение гуситами этими привычными для них орудиями, что, в свою очередь, служит объяснением, паническому страху, испытывавшемуся неприятелем, совершенно неожиданно для себя столкнувшимся с использованием видов оружия, столь непривычных в военной практике того времени.

Вагенбург против тяжелой конницы

В период войн эпохи феодализма пехота в полевых сражениях на открытой местности находилась в невыгодном положении по сравнению с конницей, которая чаще всего в ходе первой же атаки разрушала боевые порядки неприятельской пехоты и рассеивала ее, после чего принималась рубить, колоть и топтать конями бегущих пехотинцев. Весьма эффективным средством зашиты пехоты и противодействия неприятельской коннице служили так называемые "вагенбурги" (по-славянски "таборы" или "товары") - мобильные полевые укрепления из повозок.

Хотя использование вагенбургов засвидетельствовано многократно в разных странах и в разные времена (начиная с эпохи поздней Античности), в период Гуситских войн (1419-1437 гг.) они играли совершенно особую по важности роль и применялись для решения самостоятельных и совершенно новых в тактическом плане задач. Благодаря хорошо продуманной расстановке боевых повозок, скованных между собой железными цепями таким образом, что каждое правое заднее колесо одной повозки соединялась с левым передним колесом соседней повозки, в распоряжении гуситов оказывалось подвижное оборонительное сооружение, полностью оправдывавшее название "вагенбург", означающее по-немецки "замок (крепость) из повозок".

Между отдельными группами соединенных цепями повозок гуситы устанавливали артиллерийские орудия. Расцепив повозки, они имели возможность организовывать вылазки и обеспечить быстрый переход гарнизона "вагенбурга" от обороны к нападению. Каждая боевая повозка имела свой постоянный "экипаж", действовавший в бою четко и слаженно, что достигалось в ходе тщательной боевой подготовки.
"Экипаж" каждой гуситской повозки состоял из:

1) 6 арбалетчиков;
2) 4 воинов, вооруженных боевыми цепами;
3) 4 воинов, вооруженных алебардами;
4) 2 стрелков, вооруженных огнестрельным оружием;
5) нескольких человек вспомогательного персонала (погонщиков, конюхов и т.п.).

Ручное огнестрельное оружие гуситов, именовавшееся по-чешски "пиштала" (что являлось первоначально названием пастушеской свирели, или дудочки), в несколько видоизмененном виде дало название русской "пищали" и западноевропейской "пистоли", а затем и пистолету (хотя в отношении происхождения названия последнего существуют и иные версии - например, версия о происхождении данного вида ручного огнестрельного оружия от итальянского города Пистойи, где, якобы, впервые была изготовлена большая партия ружей с коротким стволом, и др.). При стрельбе из "пишталы" гуситские стрелки пользовались так называемым "стоячим щитом" (по-немецки – "зетцшильд" или "большой тарч", по-французски – "большая павеза"; последнее слово происходит от названия итальянского города Павии, где, якобы, были изобретены, или производились в большом количестве, подобные щиты).

Особой формой "большой павезы" являлся так называемый "штурмовой щит" (по-немецки "штурмшильд"), служивший прикрытием сразу нескольким воинам. Ощетинившаяся частоколом древкового оружия пехота за фронтом из подобных штурмовых щитов оказывалась практически неуязвимой для атак неприятельской кавалерии. В нижней части "стоячего щита", изготавливавшегося обычно из дерева и обтягивавшегося кожей, имелось острие, втыкавшееся в землю, а в верхней – отверстие (или боковой вырез), служившее в качестве опоры для арбалета или ствола ручного огнестрельного оружия.

"Стоячие щиты", служившие, судя по своему широко засвидетельствованному современными хронистами и иллюстраторами, применению, надежной защитой стрелкам, обычно украшались геральдическими эмблемами (так, например, у пехоты Тевтонского Ордена "большие павезы" были белого цвета с прямыми или уширенными черными орденскими крестами). На знаменах и "больших павезах" гуситов изображался обычно главный символ их движения – потир, то есть церковная чаша для причастия.

Одно из их основных требований, восходивших еще к Яну Гусу и его английскому единомышленнику Джону Уиклифу (основателю ереси "лоллардов"), заключалось в причащении не только священнослужителей, но и мирян под "обоими видами" (лат.: "суб утракве специес"), то есть, и хлебом, и вином (в то время, как римско-католическая церковь, начиная с эпохи раннего Средневековья, рассматривает причащение как хлебом, так и вином в качестве привилегии духовенства, отказывая в причащении вином мирянам, как якобы, "менее достойным" по сравнению с "ангельским чином").

Часть гуситов, составлявшая их более "умеренное" крыло, так и именовала себя "чашниками" ("каликстинцами" от латинского слова "каликс"="чаша"), или "утраквистами" - от латинских слова utraque ("утра кве"), то есть "как (хлебом), так и (вином)". Наряду с чашей, гуситы часто изображали на своих знаменах и щитах гуся, поскольку название этой птицы по-чешски (Hus) звучит и пишется одинаково с именем их духовного вождя и учителя Яна Гуса (Jan Hus). А наиболее "оголтелые" гуситы – табориты, или "братия горы Фаворской"; оребиты или "братия горы Ореб (Хорив)", и др., шли еще дальше, изображая на щитах и прапорах и чашу, и гуся, а порой, доходя до прямого кощунства, малевали на своих павезах... гуся, как бы причащавшегося из чаши!

Модернизация вагенбурга позволила гуситам создать новые, выгодные для себя условия ведения военных действий, позволявшие им отражать неприятельские конные атаки, действуя из-за надежного укрытия, эффективно разрушать боевые порядки противника и тем самым создавать, в конечном итоге, надежные предпосылки для победы над противостоявшими им феодальными армиями крестоносцев, в том числе и такими образцовыми, как войско Ордена иоаннитов (в Богемии находилось древнейшее в Европе Великое приорство Ордена Святого Иоанна Иерусалимского, практически уничтоженное гуситами - Царствие Небесное и вечный покой рыцарям, священникам и услужающей братии Богемского госпиталя Святого Иоанна)...

Пассионарный дух гуситов и поддержка масс

Многие поколения военных историков пытались найти ответ на вопрос, в чем же была причина многочисленных побед, одержанных войсками гуситов над хорошо вооруженными, порой значительно превосходившими еретиков по численности войсками феодальных властителей многих стран Европы, воодушевленных к тому же идеями Крестовых походов. Разумеется, данные о численности противоборствующих сил преувеличены, как это было вообще принято в Средневковье, но все летописцы (в том числе и симпатизирующие крестоносцам) сходятся в одном: войска крестоносцев почти всегда обладали численным превосходством над гуситами. Тем не менее, необходимо учитывать следующие факторы.

Упадок рыцарских армий и рост военного значения пехоты наметились уже в начале XIV в., на полях сражений во Фландрии и Швейцарии. Этот процесс продолжался и в ходе Гуситских войн – в особенности благодаря поистине гениальной способности одаренных военных предводителей гуситов – таких, как Ян Жижка из Троцнова, Прокоп Великий или Прокоп Малый – осуществлять и обеспечивать взаимодействие в бою пехоты, конницы и артиллерии. К тому же при оценке причин боеспособности гуситских войск не следует забывать о пассионарном духе гуситов, убежденных в том, что они творят Божье дело, что они – новый "избранный народ Божий", призванный Богом судить грешный мир огнем и мечом.

Не случайно наиболее радикальные из гуситов (табориты) были обязаны своим названием тому, что избрали своим центром Табор, то есть Фавор – прообраз библейской горы Фаворской, на которой произошло Преображение Господня. Так и себя они считали новым, преображенным родом, призванным преобразить и весь остальной мир, погрязший в грехах.

С другой стороны, не стоит недооценивать и мощную материальную поддержку гуситского движения бюргерством богатых чешских городов, со временем обеспечивавшим их первоклассным современным, в первую очередь, огнестрельным, вооружением. Данные о численности войск противоборствующих сторон, приводимые в хрониках и описаниях сражений, значительно отличаются друг от друга, но, тем не менее, все хронисты (в том числе и симпатизирующие не гуситам, а воевавшим с гуситами крестоносцам), единогласно утверждают, что гуситы, благодаря своему превосходству в вооружении (особенно огнестрельном), тактике и боевой выучке обычно одерживали верх даже над противником, имевшим значительное численное превосходство.

Применение гуситами мобильной артиллерии

Хотя огнестрельное оружие находило все более широкое применение еще в XIV в., и уже тогда начали все более успешно решаться технические проблемы, возникавшие при изготовлении бомбард и стрельбе из них, применение артиллерии долгое время ограничивалось исключительно рамками осадной войны – пока не появились гуситы. Одной из заслуг гуситов в области военного дела стало мобильное использование артиллерии. Именно гуситы первыми начали массированно применять легкие пушки в ходе полевых сражений, хотя применение артиллерии в отдельных полевых сражениях было засвидетельствовано и ранее – например, войсками Тевтонского Ордена в битве при Еловой горе (Танненберге) в 1410 г.

Гуситские "гуфницы", или "гафуницы" (в определенном смысле – предшественницы гаубиц) – полевые орудия калибром от 150 до 250 мм, стрелявшие главным образом каменными ядрами – транспортировались на двухколесных лафетах. У первых полевых орудий стволы были еще сборными (они сваривались из расположенных кольцеобразно железных полос, на которые затем, как на бочки, набивались толстые металлические обручи, скреплявшие сварные стволы, придававшие им стабильную форму и ослаблявшие давление на ствол, возникавшее при возгорании порохового заряда).

Как писал в 1890 г. Венделин Богейм, хранитель оружейной коллекции Императоров Австрийских, принадлежавший к числу крупнейших знатоков средневековой военной техники, гуситское войско могло по праву гордиться наличием в своих рядах искуснейших артиллеристов тогдашней Европы.

Осада гуситами крепости Карлштейн (Карлов Тын)

Возможности и в то же время ограниченность военного искусства и, в частности, осадной техники позднего Средневековья, а также боевых возможностей тогдашней артиллерии, были наглядно продемонстрированы в ходе длившейся шесть месяцев осады гуситским войском принадлежавшей римско-германскому Императору (являвшемуся одновременно чешским королем) крепости Карлштейн (Карлов Тын), в одной из двух капелл (часовен) которой - часовне Святого Креста - со времен чешского короля и одновременно – владыки Священной Римской Империи Карла (по-чешски: Карела) IV Люксембурга, наряду с императорскими регалиями Священной Римской империи и важнейшими документами имперского государственного архива, хранилась одна из ценнейших реликвий всего Христианского мира – так называемое Святое копье.

Этим копьем, по преданию, выкованным для древнееврейского священника Финееса, римский сотник Гай Кассий Лонгин пронзил на Голгофе ребро распятого на кресте Спасителя. Позднее Святым копьем владели Святой мученик Маврикий и многие другие деятели Античности и Средневековья ("последний римлянин" Аэций, восточно-римский Император Юстиниан I Великий, римско-германские императоры Карл Великий, Оттон I, Фридрих I Барбаросса, Фридрих II Гогенштауфен и др. – см. подробнее статью Вольфганга Акунова "Копье пророка Финееса", опубликованную в журнале "Рейтар" № 11 (8/2004), пока, наконец, Карл IV Люксембург, снабдив сломавшийся со временем наконечник Святого копья новой, золотой манжеткой, наложенной поверх прежней, серебряной, удостоверявшей принадлежность реликвии в свое время святому Маврикию, поместил его на хранение в свою богемскую крепость Карлштейн.

Естественно, гуситы, считавшие себя, по словам ветхозаветного пророка, "у Бога народом священников, народом святым", стремились овладеть этой одной из важнейших святынь Христианского мира.

Крепость Карлштейн представляла собой мощный замковый комплекс, состоявший из четырех частей: предвратной территории и крепостных ворот, бургграфства (резиденцией коменданта) с башней и колодцем,Императорского замка (дворца) с католическим храмом Пресвятой Девы Марии и, наконец, господствовавшей над всем этим фортификационным комплексом Большой башни-донжона, в которой и находилась упомянутая выше часовня Святого Креста. Внутренняя часть крепости была отделена от остальных мощной каменной стеной почти двухметровой толщины.

Карлштейн, построенный на 319-метровой известняковой скале, выделялся среди других замков и крепостей Богемии не только своей величиной и неприступностью, но и богатством внутренней отделки замковых храмов, дворца и королевских покоев. Особенно роскошно была украшена часовня Святого Креста, стены и потолок которой буквально искрились драгоценными каменьями. Осада крепости Карлштейн гуситами началась 28 мая 1422 г. Осаждающие заняли четыре высоты, окружавшие крепость, расположенную, как уже упоминалось выше, на высоте 319 метров над уровнем моря.

Топологические условия, а также применение артиллерии и метательных машин гуситами в ходе осады сведены нами в таблицу, приведенную в приложении к данной статье. Согласно свидетельствам средневековых хронистов, метательные машины гуситов, функционировавшие по принципу рычага (так называемые "блиды"), за время осады обрушили на крепость Карлштейн в общей сложности около 10 000 снарядов (каменных ядер). Одно из крупнейших каменных ядер, попавших в крепость, и поныне доступно обозрению туристами на первом этаже жилой башни замка. Обстрел крепости производился гуситами ежедневно, хотя и с различной интенсивностью в разные периоды осады Карлштейна.

Современные военные историки ныне сходятся во мнении, что в сутки каждая "блида" метала в замок от 18 до 20 снарядов. Подобная частота стрельбы представляется поистине поразительно высокой, на фоне сведений о частоте стрельбы средневековых метательных машин вообще.

Что касается частоты и эффективности обстрела Карлштейна из огнестрельных орудий, то в этом вопросе данные различных источников значительно расходятся. В настоящее время трудно однозначно ответить на вопрос, соответствуют ли истине утверждения одних хронистов, согласно которым из крупных бомбард производился лишь один выстрел в сутки, или же утверждения других, согласно которым из крупных осадных пушек в сутки производилось до шести выстрелов.

Упоминание о том, что таборитские бомбарды "Рохлице" и "Снель" обладали гораздо большей скорострельностью, чем другие орудия (согласно утверждениям разных хронистов, скорострельность обеих бомбард колебалась от 12 до 30 выстрелов в сутки), позволяет предположить, что оба орудия относились к числу так называемых "каморных пушек" ("каммер-бюксов"). Эти пушки заряжались не с дула, а с казенной части, причем имели в задней части ствола зарядную камору, которая извлекалась из орудия, заряжалась и потом вставлялась обратно. Наличие сразу нескольких зарядных камор, предназначенных для одного орудия, позволяло обеспечить его высокую скорострельность. В то время, как снаряженная зарядная камора вставлялась в ствол орудия, другая камора снаряжалась ядром и точно отмеренным пороховым зарядом.

Когда читаешь описания осады крепости Карлштейн гуситами, бросается в глаза, что стволы некоторых тяжелых бомбард осадного парка разрывались всего через несколько выстрелов. Причем в первую очередь разорвало стволы у двух самых крупных бомбард, установленных с северной стороны и стрелявших на самое дальнее расстояние. Данное обстоятельство можно истолковать следующим образом: пушкари, стремившиеся к тому, чтобы ядра их пушек долетали до цели, применяли пороховые заряды повышенной мощности, превосходившей прочность орудийных стволов.

В своей написанной в 1697 г. хронике Венцель (Вацлав) Хайяк (или Гаек) сообщает, что гарнизон Карлштейна, состоявший из 400 человек, потешался со стен над неэффективностью осадной артиллерии гуситов, объясняя неуязвимость императорской крепости присутствию в ее стенах Святого Копья. И в самом деле – гуситам, невзирая на применение немалого, по тем временам количества, метательных машин и артиллерийских орудий, на протяжении 163 дней обстрела Карлштейна не удалось не только пробить ни единой бреши в стенах, но и вообще нанести осажденной крепости никаких серьезных повреждений. Правда, они – вероятно, в силу отсутствия соответствующего опыта, не пытались концентрировать огонь максимального количества орудий на одном участке замковой стены, а напротив, стремились держать стены Карлштейна под обстрелом одновременно с разных сторон, а также накрывать его навесным огнем.

Как бы то ни было, но, невзирая на неудачу под Карлштейном, активное боевое применение артиллерии и ручного огнестрельного оружия по-прежнему составляло основу военной доктрины и боевого искусства гуситов. На заключительном этапе Гуситских войн, в частности – в период так называемого V Крестового похода против гуситов (зимой 1429-1430 гг.), гуситские войска, объединившиеся с пражским городским ополчением, выступили против стотысячной (как всегда, к сообщениям средневековых хронистов следует подходить с осторожностью!) армии крестоносцев, имея на вооружении более 300 полевых артиллерийских орудий, 60 тяжелых крупнокалиберных бомбард и не менее 3 000 "пиштал" (наиболее распространенное название ручного огнестрельного оружия эпохи гуситских войн).

Крестоносцы значительно уступали им в степени оснащенности огнестрельным оружием, что видно и на миниатюрах, иллюстрирующих описываемые события эпохи гуситских войн.

Блестящие победы гуситов при Судомере, Малешове, Усти над Лабем и на Витковой горе ознаменовали пик их успехов. После смерти их признанного военного предводителя – Яна Жижки из Троцнова – ветерана битвы с тевтонами под "Еловой горой" (Танненбергом), непревзойденно орудовавшего в сражениях железной боевой дубинкой, сразившего наповал одним ударом по тонзуре католического монаха, отразившего три Крестовых похода, потерявшего в боях оба глаза и завещавшего после смерти содрать с себя кожу и натянуть ее на барабан, под грохот которого (обращавший в паническое бегство всех, кто его слышал) шли в бой на врага ощетинившиеся полумесяцами боевых кос и колючими созвездиями моргенштернов таборитские рати, между различными группировками гуситов начались распри, ослабившие их внутреннюю спайку, а в результате – и военную мощь.

Впрочем, еще при Яне Жижке, в 1421 г., его табориты схлестнулись в смертельной схватке с еще более радикальными гуситами – адамитами одержимого "пророка" Борека Клатковского, зашедшими, в общем для всех гуситов стремлении "к возрождению раннего христианства", и в поисках обретения пути к первоначальному (до грехопадения Адама) состоянию райской невинности, до совсем уже неприкрытого распутства и непотребства. В кровавом сражении с адамитами нагие мужчины и женщины, вооруженные камнями и ножами, как псы, кидались на осатанелых таборитов, вонзая зубы им в глотки, пока не были перебиты, как бешеные собаки; последних 40 уцелевших в схватке адамитов по приказу Яна Жижки живьем сожгли на костре – борцы с католической инквизицией, неустанно проклинавшие ее за сожжение своих учителей Яна Гуса и Иеронима Пражского, удивительно быстро усвоили себе инквизиционные методы расправы с инакомыслием! Затем табориты сцепились с чашниками-утраквистами, разбившими их при Липанах...

Но, углубляясь в перипетии внутрипартийной борьбы между гуситами за право "единственно верного толкования всепобеждающего учения магистра Яна Гуса", стоившего самим чехам, да и окружающим Чехию народам неисчислимых жертв, мы рискуем слишком отклониться от темы нашего краткого очерка. Поэтому в заключение хотелось бы подчеркнуть только одно.

Тактическое взаимодействие пехоты с другими родами оружия, широкое применение полевой артиллерии, ручного огнестрельного оружия и вагенбургов в полевых сражениях оказались залогом их побед, сделав боевое искусство гуситов образцом для всех армий Европы вплоть до середины XVI в.

 

А прах бесноватого Яна Жижки через 200 лет после его смерти, в 1623 г., был выброшен из его гробницы в Чеславе по приказанию римско-германского Императора.


Здесь конец и Богу нашему слава!

 

ПРИЛОЖЕНИЕ


Осада гуситами замка Карлштейн (Карлов Тын).


1)С севера:

   Высота позиции: 354 м;

   Расстояние до замка: 750 м;

   Количество тяжелых бомбард у осаждающих: 1;

   Количество "каммер-бюкс" (каморных пушек) у осаждающих: 1.

   Количество прочих пушек у осаждающих: 14.

   Количество "блид" (метательных машин) у осаждающих: 1.

   Количество выстрелов из тяжелой бомбарды до разрыва ствола: 7

   Количество выстрелов из "каммер-бюксы" до разрыва ствола: 32


2)С востока:

   Высота позиции: 365 м;

   Расстояние до замка:500 м;

   Количество тяжелых бомбард у осаждающих: 1;

   Количество "каммер-бюкс" (каморных пушек) у осаждающих: 0.

   Количество прочих пушек у осаждающих: 12

   Количество "блид" (метательных машин) у осаждающих: 1.

   Количество выстрелов из тяжелой бомбарды до разрыва ствола: 6

  

3)С юга:

   Высота позиции: 358 м;

   Расстояние до замка: 500м;

   Количество тяжелых бомбард у осаждающих: 1;

   Количество "каммер-бюкс" (каморных пушек) у осаждающих: 0.

   Количество прочих пушек у осаждающих: 12

   Количество "блид" (метательных машин) у осаждающих: 1.

   Количество выстрелов из пушек всех видов до разрыва ствола: данные отсутствуют.


4)С запада:

   Высота позиции: 385 м;

   Расстояние до замка: 600 м;

   Количество тяжелых бомбард у осаждающих: 1;

   Количество "каммер-бюкс" (каморных пушек) у осаждающих: 0.

   Количество прочих пушек у осаждающих: 8.

   Количество "блид" (метательных машин) у осаждающих: 2.

   Количество выстрелов из пушек всех видов до разрыва ствола: данные отсутствуют.

 

   Вольфганг Акунов



Вернуться назад