Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Несвоевременные военные мысли ...
Сбережение людей — святейший долг каждого начальника.
М. И. Драгомиров




***Приглашаем авторов, пишущих на историческую тему, принять участие в работе сайта, размещать свои статьи ...***

Белогвардейцы Веймарской республики. Часть III

Белогвардейцы Веймарской республики. Часть III


Белогвардейцы Веймарской республики. Часть I
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть II
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть III
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть IV
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть V
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть VI
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть VII
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть VIII
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть IIX
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть IX
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть X


6. Вооружение.

Несколько слов о вооружении германских белых добровольцев. С учетом того, что им приходилось вести боевые действия по преимуществу в городских условиях, вооружение фрейкоровцев ограничивалось в основном стрелковым оружием – винтовками, карабинами, пистолетами и револьверами, тяжелыми и легкими пулеметами, минометами и огнеметами. Кроме того, у них имелось некоторое количество пистолетов-пулеметов "Бергман" МР-18. В боях на улицах германских городов, где фактически решалась судьба мировой революции, "о необходимости которой так долго говорили большевики", но которая, к счастью, не совершилась, активно использовались как ручные гранаты-"бутылки", так и гранаты-"лимонки", саперные лопатки и "окопные кинжалы" – "узкие, шилообразные, похожие скорее на средневековые итальянские стилеты, и такие острые, что, вонзенные в рукопашной схватке в глаз противника, мгновенно ударялись изнутри о черепную кость врага" (как писал Людвиг Ренн в своей дилогии "Война"/"После войны").

Фрейкоровские кавалеристы, особенно в Балтикуме (Прибалтике), порой использовали, наряду с карабинами, пистолетами и револьверами, сабли и пики, как это многократно засвидетельствовано мемуаристами (Э. Э. Двингером, Э. фон Саломоном, Г. Баллой и многими другими). Германские кавалерийские пики (отмененные в рейхсвере только в 1927 году) были стальные, трубчатые, с гранеными воронеными наконечниками. Нередко фрейкоровцы-кавалеристы из числа бывших студентов (корпорантов или буршей) прикрепляли к своим пикам флюгера цветов своих университетских корпораций или "буршеншафтов" с крыжем в виде уменьшенного знамени своего фрейкора (например, черного, с белой "мертвой головой", знамени Железной дивизии), у древка.

Артиллерия, бронемашины и танки (главным образом, трофейные английские) использовались реже и преимущественно крупными добровольческими частями. Применялась и военная авиация – главным образом, в целях воздушной разведки, корректировки огня и сбрасывания пропагандистского материала типа листовок над вражескими позициями (например, в период боев в Рурской области), но иногда и для прицельного бомбометания.

7. Январское восстание в Берлине.

6 января 1919 года член СНУ, правый социал-демократ Густав Носке, в качестве чрезвычайного уполномоченного рейхспрезидента Эберта, был назначен главнокомандующим всеми добровольческими частями, а генерал Генрих фон Гофман, командир Гвардейского кавалерийского стрелкового корпуса (Гардекаваллери-Шютценкор) – его начальником штаба.

Чтобы спровоцировать на преждевременное выступление берлинских большевиков, копивших силы перед решительным ударом по правительству, 4 января 1919 года по приказу Фридриха Эберта был отрешен от должности полицей-президент Берлина, Эмиль Эйхгорн, симпатизировавший красным и сформировавший, фактически в помощь им, собственные силы безопасности. Дело в том, что после выхода оппозиционных Эберту "независимых социал-демократов" ("независимцев") из правительства, их сторонники, в порядке партийной дисциплины, начали повсеместно увольняться с государственной службы и административных должностей. Однако глава берлинской полиции, "независимец" Эйхгорн отказался уйти со своего поста. Его поддержали левые "независимцы", берлинские "революционные старосты" и "спартаковцы" (как по старой памяти именовались немецкие коммунисты и сочувствующие). Был сформирован Революционный комитет (Ревком), который призвал к свержению правительства Эберта и объявил, что берет всю власть на себя. 5 и 6 января КПГ, в знак протеста против правительственного распоряжения о смещении Эйхгорна, организовала массовые беспорядки и демонстрации берлинских рабочих.

6 января была объявлена всегерманская политическая стачка. "Народные матросы" и красногвардейцы захватили государственные военные склады и военные заводы в Шпандау и Виттенау. Теперь "спартаковцы" оказались в избытке снабженными оружием и боеприпасами. Костяк их сил составляли 3000 вооруженных до зубов красногвардейцев. Воодушевленные этим первым успехом, вожди берлинских революционеров во главе с представителями Центра КПГ - Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург – приняли решение о начале вооруженной борьбы за свержение "контрреволюционного правительства" социал-демократов и захват власти в стиле РСДРП/ВКП (б). "Совет Народных Уполномоченных" был объявлен низложенным. "Спартаковцы" потребовали для себя всей полноты политической власти в стране.

Была развязана разнузданная травля социал-демократической партии – совсем в духе московских большевиков (всего через несколько лет заклеймивших социал-демократов "социал-фашистами"). Однако призыв коммунистов к насильственному свержению правительства Эберта-Шейдемана не нашел отклика у большинства немецких рабочих, которые отказались бороться против социал-демократического правительства, поскольку считали его "своим". Не было единства и в рядах самих "спартаковцев – смелых бойцов". Их ненадежные союзники – "независимые социал-демократы" - заколебались перед лицом угрозы полномасштабной гражданской войны "в русском стиле" и начали сепаратные переговоры с правительством, чем смутили рабочих, симпатизировавших "независимцам".

Но маховик вооруженного восстания был уже запущен и не мог быть остановлен. Берлинские красногвардейцы, действуя строго "по Ленину", захватили столичные вокзалы, дирекцию путей сообщения, полицей-президиум (Главное Управление Внутренних Дел), издательства нескольких буржуазных и социал-демократических газет, включая редакцию главного печатного органа СДПГ – газеты "Форвертс" ("Вперёд"), почтамт, телеграф и телефонную станцию.

Не видя возможности получить помощь ни от кого, кроме фрейкоров, Фридрих Эберт обратился к полковнику Вильгельму Рейнгарду (не путать с генералом Гансом-Георгом Рейнгардтом!), формировавшему добровольческий корпус в Моабитских казармах, с просьбой выбить "спартаковцев" из захваченных теми редакций газет. 8 января добровольческие части белых перешли в наступление на почти полностью контролировавшийся красными Берлин. Военный министр Густав Носке отдал добровольцам приказ о расстреле на месте всякого большевика, взятого с оружием в руках. Так он, от имени социал-демократического правительства, официально узаконил то, что германские левые (которые, как всегда, рады были "увидеть сучок в глазу ближнего своего, а в своем глазу бревна не видевшие") не замедлили окрестить "белым террором".

10 января 1919 года белые добровольческие части полковника Вильгельма Рейнгарда, имевшие на вооружение пулеметы, артиллерию, бронемашины и даже один из уцелевших после мировой войны германских танков, под ливнем пуль атаковали редакцию газеты "Форвертс", превращенную спартаковцами в настоящую крепость. Одновременно вооруженные отряды государственных чиновников, мобилизованных Эбертом на охрану правительственных зданий, еще не захваченных "спартаковцами", вступили с красными в бой и постепенно оттеснили их за Бранденбургские ворота. Носке организовал свой штаб в западноберлинском районе Далем, призвав туда белых добровольцев генерала Людвига Меркера.

Возглавленные лично Густавом Носке, они двинулись в центр Берлина, "зачищая" квартал за кварталом, и к вечеру 11 января 1919 года соединились с белыми добровольцами генерала Ганса-Георга Рейнгардта в Моабитских казармах. После этого началось методичное уничтожение опорных пунктов спартаковцев. В Берлине развернулись ожесточенные бои между добровольческими корпусами и "спартаковцами", уличные схватки с применением тяжелого оружия, танков, броневиков, артиллерии, минометов, огнеметов и сотен тяжелых пулеметов. "Спартаковцы" оказывали столь ожесточенное сопротивление, что белым добровольцам нередко приходилось отступать, вновь собираться с силами и переходить в очередное наступление только после основательной артиллерийской подготовки.

По указанию Коминтерна КПГ не замедлила организовать в поддержку берлинских "спартаковцев" коммунистические выступления в Брауншвейге, Дортмунде, Эрфурте, Галле, Гамбурге, Мюльгейме на Руре, Цвиккау. Многие другие города были охвачены забастовками. Повсеместно проводились демонстрации. В рейнско-вестфальском и в верхнесилезском промышленных регионах разразилась забастовка шахтеров с требованием национализации шахт. В портовом городе Бремене восставшие провозгласили "Бременскую Социалистическую республику". Вслед за тем была провозглашена "Социалистическая республика Ольденбург" (подобная же "эпидемия" провозглашения бесчисленных "советских" и "социалистических" республик на территории одной страны была характерна и для периода гражданской войны в России!).

В довершение ко всему, Германия столкнулась с очередной внешней угрозой. В январе 1919 года войска свежеиспеченной, полностью зависимой от Антанты Чехословацкой республики вторглись на территорию Саксонии с намерением аннексировать Лаузиц (Лузацию) и Баутцен (Будичин).

Дрезден, Лейпциг, Мюнхен, Нюрнберг, Штутгарт и другие города стали ареной ожесточенных уличных сражений между вооруженными "пролетариями" и белыми добровольческими корпусами. При этом "стрелка весов" постоянно колебалась. В Лейпциге "спартаковскими" боевиками были остановлены эшелоны правительственных войск, направлявшиеся в Берлин. Добровольцев разоружили под угрозой артиллерийского обстрела, многих офицеров убили или ранили. В ходе боев за Лейпциг погиб сбитый спартаковцами летчик лейтенант Бюхнер – один из наиболее прославленных германских асов Первой мировой войны, имевший на своем боевом счету более 40 уничтоженных вражеских аэропланов.

Однако постепенно чаша весов склонилась в сторону белых. Столица Германского рейха была квартал за кварталом очищена от красных инсургентов, и 12 января добровольцы перешли в наступление на последний оплот "спартаковских" боевиков – полицей-президиум (ГУВД) Берлина, взятый штурмом, с большими потерями. Пламенные интернационалисты товарищи Карл Радек и Эмиль Эйхгорн благополучно спаслись бегством, бросив своих людей, которым пришлось "платить за разбитые горшки". Первый удар Коминтерна по Германии был отражен. Потери сторон в боях за Берлин составили (только убитыми!) более 300 у спартаковцев, и 77 – у белых добровольцев.

В память о январских боях 1919 года с бойцами добровольческих корпусов, поддерживавших Фридриха Эберта, в Берлине немецкие коммунисты сочинили на старый мотив "Бюксенштейнлид", или, говоря по-русски, "Бюксенштейнскую песню" (названную по типографии Бюксенштейна в берлинском Газетном квартале, ставшем ареной наиболее ожесточенных вооруженных столкновений красных повстанцев с белыми фрейкоровцами). Приводим ниже текст этой песни с подстрочным переводом на русский язык:

Подстрочныйрусскийперевод:
1.

Im Januar um Mitternacht

Ein Spartakist stand seine Wacht. 

Er stand mit Stolz, er stand mit Recht,

Im Kampfe gegen ein Tуrann'geschlecht. 

2.

Und mit der Knarre in der Hand

Er hinterm Zeitungsballen stand. 

Die Kugeln pfeifen um ihn rum. 

Der Spartakist, er kuemmert sich nicht drum. 

3.

Und donnernd droehnt die Artillerie. 

Spartakus hat nur Infanterie. 

Granaten schlagen um ihn ein. 

Die Noskehunde stuermen Bueхenstein. 

4.

O Bueхenstein!ОBueхenstein! 

Spartakus sein heisst Kаempfer sein. 

Wir habn gekaempft bei Bueхenstein

Und dafuer sperrt man uns ins Zuchthaus ein. 

5.

Und wofuer kaempft ein Spartakist?

Damit ihrs alle, alle wisst:

Er kaempft fuer Arbeit und fuer Recht. 

Nicht laenger sei der Arbeitsmann ein Knecht!

6.

Dass alle Menschen, gross und klein,

Auf Erden sollen Brueder sein. 

Dass niemand leidet ferner Not

Und jeder hat genuegend taeglich Brot. 

7.

O Spreeathen! O Spreeathen!

Viel Blut, viel Blut hast du gesehn!

In deinem Friedrichshaine ruht

So manches tapfere Spartakusblut.

1.

В полночь в январе

Стоял"спартаковец"начасах.

Он стоял гордо, защищая правое дело,

В борьбе с родом тиранов.

2.

И с винтовкой в руке

Он стоял за баррикадой

из рулонов газетной бумаги.

Вокруг него свищут пули,

Но "спартаковец" не обращает

на это внимания.

3.

Все громче грохочет артиллерия.

У Спартака только пехота.

Вокруг него рвутся снаряды.

Псы Носке штурмуют Бюксенштейн.

4.

О Бюксенштейн! О Бюксенштейн!

Быть Спартаком значит быть бойцом.

Мы сражались при Бюксенштейне,

И за это нас заключают в тюрьмы.

5.

За что же сражается "спартаковец"?

Чтобы вы все-все это знали:

Он сражается за труд и за справедливость,

Чтобы впредь человек труда никогда не был холопом!

6.

Чтобы все люди на Земле -

Большие и маленькие, были братьями.

Чтобы никто не терпел нужду,

И чтобы у всех было достаточно хлеба насущного.

7.

О Афины на Шпрее (поэтическое название Берлина - В. А.) ! О Афины на Шпрее!

Вы повидали много, много крови!

На вашем Фридрихагайнском кладбище

Покоится так много храбрых "спартаковцев".

Спартаковский текст этой песни был сочинен коммунистом Рейнгальдтом Шульцем, редактором официального печатного органа КПГ - газеты "Ди Роте Фане" ("Красное Знамя").

Впоследствии чины штурмовых отрядов (СА) гитлеровской Национал-Социалистической Германской Рабочей партии пели на тот же самый мотив (позаимствованный "спартаковцами" у снискавшей большую популярность в годы Первой мировой войны и увековеченной Э. М. Ремарком в его знаменитом романе "Три товарища" немецкой солдатской песни о сапере, стоящем на посту в полночь в Аргоннском лесу) свою собственную песню - "Мы маршируем по германской земле":

Durch deutsches Land marschieren wir.  Fuer Adolf Hitler kaempfen wir.  Die Rote Front, schlagt sie zu Brei! SA marschiert! Achtung! Die Strasse frei! (Мымаршируемпогерманскойземле. Мы сражаемся за Адольфа Гитлера. Разбейте Красный Фронт вдребезги! СА марширует! Берегись! Прочь с дороги!),

но это уже другая история ...

Несмотря на подавление январского мятежа, в Берлине, как ни в чем ни бывало, продолжал выходить центральный печатный орган КПГ – газета "Ди Роте Фане (Красное Знамя) ", а товарищи Карл Либкнехт и Роза Люксембург продолжали выступать с пламенными речами перед революционными рабочими. Правда, им постоянно приходилось перебираться с квартиры на квартиру, однако "вожди классово сознательных германских рабочих", несмотря на опасность, отказывались уехать из Берлина, надеясь взять реванш за январское поражение. Наконец, 15 января 1919 года они были выслежены, схвачены добровольцами капитана Вальдемара фон Пабста из Гвардейской кавалерийской стрелковой дивизии (Гардекавалери-Шютцендивизион) и убиты при невыясненных до конца обстоятельствах.

После этого Коммунистическую gартию Германии возглавил пламенный интернационалист товарищ Пауль Леви.

Хотя речь шла всего лишь о ликвидации зачинщиков вооруженного антиправительственного мятежа в ходе обычной в военное время "зачистки", убийцы товарищей Либкнехта и Люксембург в мае 1919 года предстали перед судом "буржуазного" государства (которое обезвреженные белыми добровольцами государственные преступники как раз и намеревались ликвидировать насильственным путем!) и были приговорены к разным срокам заключения – от 2 лет до 4 месяцев тюрьмы (хотя 6 обвиняемых оправдали за недоказанностью соучастия в совершении преступления).

В то же время в красной Совдепии "в ответ на злодейское убийство товарищей Карла Либкнехта и Розы Люксембург германскими контрреволюционерами" был объявлен "беспощадный красный террор", жертвами которого пали тысячи невинных, хотя и "классово чуждых" большевикам россиян, не только не имевших ни малейшего отношения к ликвидации вышеупомянутых "немецких товарищей", но и не ведавших об их существовании!

Но что поделать – стражи "пролетарской" революции руководствовались, согласно их же собственным заявлениям, не "буржуазными" юридическими нормами, а соображениями "революционной целесообразности".

В Петрограде большевики, в числе прочих, расстреляли "за Карла Либкнехта и Розу Люксембург" во рву Петропавловской крепости Великих Князей из Дома Романовых, митрополитов и епископов – членов Синода Российской Православной Церкви. После этого варварского, циничного расстрела остальных заключенных вывели на Кронверкскую набережную, где смертников уже ждала баржа. Несчастных набивали в трюм, заполнили заложниками всю палубу. Но, тем не менее, на барже все не поместились – так много жертв было схвачено "мстителями за вождей германского пролетариата"! Так что остаток, человек 300 "счастливчиков" - свидетелей злодеяния – отблокировали в печально знаменитую тюрьму Кресты. А полную баржу с цветом русской нации – лучшими представителями петербургской аристократии и интеллигенции на борту – вытянули на середину Невы и там медленно затопили. Крик и стон стояли над оцепеневшим от ужаса городом. Вот какие "славные" поминки справили красные палачи по товарищам Либкнехту и Люксембург!

После успешного завершения операции по ликвидации товарищей Либкнехта и Люксембург (о которых великий гуманист Томас Манн писал в "Рассуждениях аполитичного" (6. 1. 1919): "Я презираю Либкнехта, Люксембург и т. д. ; они не политики, а дикие социалисты") капитан Вальдемар фон Пабст (боевой офицер-ветеран германских "охранных" - т. е. колониальных – войск), близкий к генералу Эриху Людендорфу, был переведен в Потсдамскую бригаду рейхсвера. В 1920 году он "не выдержал творившихся вокруг безобразий" и предпринял, опираясь на штыки бригады, неудачную попытку военного переворота – "марш на Берлин". Но, оказавшись без поддержки других воинских частей, фон Пабст был вынужден бежать в Немецкую Австрию, где, вместе с князем Эрнстом-Рюдигером фон Штарембергом, организовал первые отряды антикоммунистического "геймвера" ("геймверами" в Австрии, как уже упоминалось выше, назывались отряды самообороны, аналогичные добровольческим корпусам и боровшиеся как с местными большевиками, так и с внешним противником – югославами, итальянцами и чехословаками, постоянно нападавшими на приграничные австрийские земли).

После подавления спартаковского мятежа и ареста в феврале 1919 года скрывавшегося на тайной берлинской явке пламенного интернационалиста товарища Карла Радека можно было не опасаться за то, что должный порядок при проведении выборов в Национальное собрание будет соблюден. Выборы благополучно состоялись 19 января, но на всякий случай добровольческими корпусами были приняты необходимые меры предосторожности. Перед избирательными участками была выставлена охрана в стальных касках, с огнестрельным оружием и ручными гранатами. Города патрулировались белыми добровольческими частями, по улицам разъезжали автомобили с пулеметами, некоторые кварталы напоминали военный лагерь. Большинство (54%) голосов на выборах и 236 депутатских мест получили партии буржуазного лагеря - партия Центра, Немецкая (Германская) Демократическая партия, Немецкая Народная партия и несколько партий помельче.

Социал-демократы (СДПГ и НСДПГ) получили вместе 46% голосов и 187 мест в Национальном собрании. КПГ в выборах не участвовала. Но не потому, что власти ей это запретили или поставили ее вне закона, а потому, что ее руководители ясно понимали: "вариант матроса Железняка" (с подкрепленным щелканьем винтовочных затворов заявлением: "Караул устал, все расходитесь по домам!") в Германии не прошел, а честный выигрыш ей явно "не светит". Большинство немецких рабочих, в условиях отсутствия террора со стороны красных боевиков, проголосовало за социал-демократов. Так германские белогвардейцы волей-неволей спасли демократию (хотя не слишком ей симпатизировали).

КПГ перешла к активной внепарламентской борьбе. Ее главными лозунгами в этой борьбе были:

1) обобществление крупной промышленности,

2) признание Советов (в которых было сильно коммунистическое влияние), обеспечение и расширение их прав,

3) отмена правительственного указа от 19 января 1919 года о восстановлении единовластия офицеров в воинских частях (знакомая большевицкая тактика!) и об ограничении полномочий Советов солдатских депутатов,

4) роспуск добровольческих корпусов,

5) поголовное вооружение рабочего класса ("вооруженный народ вместо армии как орудия классового господства реакционной буржуазии").

Все эти лозунги были густо сдобрены обычной большевицкой социальной демагогией.

Но социально-экономические требования германских коммунистов – как это ни парадоксально звучит! – могли бы быть осуществимы только в том случае, если бы Германия была такой же аграрной страной, как Россия. В России это было возможно с перенесением национального воспроизводства в деревню, из которой большевики черпали необходимые им для раздувания национальной и международной революции материальные ресурсы путем простых насильственных изъятий, продразверстки, короче говоря – прямого грабежа, по принципу: "Мужик, что конопля – чем больше жмешь – тем больше выжмешь!". А в такой промышленно развитой, индустриальной стране, как Германия, массовая социализация всех средств производства, которой добивались "спартаковцы", неминуемо привела бы к тотальной дезорганизации, хаосу и прекращению всякого национального воспроизводства.

И снова разгорелись уличные бои – в Берлине, в Рурской области, в Центральной Германии, Баварии и Верхней Силезии. В Тюрингии, Эрфурте, Готе, в Вюртемберге, Ганновере, Хемнице, в Лугауско-Эльсницком каменноугольном бассейне, в Оффенбахе, Штеттине и во многих других городах прошли забастовки, массовые митинги и демонстрации, а затем и вооруженные столкновения между красными незаконными бандформированиями и белыми добровольческими корпусами, боровшимися за восстановления закона и порядка. Не было, пожалуй, ни одного мало-мальски крупного населенного пункта в Германии, не охваченного вооруженной борьбой. Оружия у населения повсюду оказывалось на удивление много - с тех времен сохранилось множество приказов командиров добровольческих частей о сдаче населением оружия после занятия того или иного города.

Впрочем, координация действий повстанцев оставляла желать много лучшего. Это облегчало центральному правительству Германии подавление вооруженных выступлений силами добровольческих формирований. Нередко тщательно законспирированные агенты правительства проникали в ряды повстанцев и провоцировали их на преждевременные выступления. Имперское правительство, заседавшее в тихом, провинциальном Веймаре под надежной защитой штыков волонтеров генерала Меркера, вело долгие переговоры с представителями красных повстанцев, надеясь выиграть время, необходимое для переброски добровольцев из одной мятежной области в другую.

8. Огненный год.

Отразив натиск авангарда Коминтерна на Берлин в январе 1919 года, германские белые направили свой следующий удар против самопровозглашенной Бременской Советской (Социалистической) Республики. Сломив в ожесточенных боях упорное сопротивление примерно 1500 красногвардейцев и распропагандированных коммунистами матросов, белые добровольцы под командованием полковника Герстенберга, по настоянию генерала барона фон Люттвица и по приказу Носке, с применением тяжелого оружия заняли г. Бремен и разогнали тамошние советы рабочих и солдатских депутатов. Однако стоило добровольцам уйти, как бременские коммунисты снова взбунтовались. В апреле 1919 года в Бремене была объявлена всеобщая стачка; за стачкой последовали новые вооруженные столкновения красных бандформирований с белыми добровольческими корпусами.

7 февраля 1919 года Генеральный Совет солдатских депутатов 7-го армейского корпуса (в г. Мюнстере), всегда упорно противившийся созданию добровольческих корпусов, отказался подчиниться Правительственному указу от 19 января о восстановлении единоначалия офицеров и потребовал от правительства признать противоположные по содержанию и смыслу решения I Имперского (Всегерманского) Съезда Советов. В ответ на этот акт явного неповиновения белые добровольческие части генерала Оскара барона фон Ваттера 10 февраля 1919 года с боем заняли Мюнстер, принудили к сдаче и разоружили тамошние красные части "гвардии безопасности" ("Зихерхайтсвер") и арестовали членов Генерального совета солдатских депутатов.

Теперь настало время для умиротворения беспокойной Рурской области, где с января по конец апреля постоянно вспыхивали ожесточенные уличные бои и забастовки. Их участники требовали обобществления горной промышленности и признания полновластия советов рабочих депутатов. В этих выступлениях, нередко принимавших насильственный характер, порою принимали участие сотни тысяч шахтеров и других рабочих, находившихся под сильным влиянием пропаганды КПГ. С начала февраля правительство Фридриха Эберта все туже стягивало вокруг Рурской области кольцо добровольческих частей. Боевым действиям в Рурской области было положено начало 15 февраля 1919 года, когда добровольческий корпус Лихтшлага очистил г. Гервест-Дорстен от коммунистов. Командир "спартаковцев", пламенный интернационалист товарищ Здунек, был застрелен при попытке к бегству.

В ночь на 19 февраля добровольцы освободили г. Эльберфельд, 19 февраля – Обергаузен, в ночь на 20 февраля – Гамборн, 23 февраля – Боттроп и, наконец, после взятия еще нескольких городов, 28 февраля – Дюссельдорф. В последующие недели во многих городах постоянно происходили столкновения между добровольцами и прокоммунистически настроенными рабочими. Белогвардейцы занимали шахты, арестовывали забастовщиков, преграждавших им путь, разгоняли недозволенные собрания. Нередко с обеих сторон в ход шло огнестрельное оружие – как, например, в Гагене, Ремшейде, Эссене, Дортмунде, Бохуме и других городах. В боях с красными участвовали и местные добровольческие формирования гражданской обороны. Точное число погибших в этих столкновениях, неизвестно, но оно наверняка исчислялось многими сотнями.

В то время как Добровольческий ландъегерский корпус Меркера по приказу министра Носке занял Готу, Одруф, Эйзенах, Мюльгаузен, Мейнинген и другие города, повсеместно разоружая и распуская воинские части, в надежности которых правительство Фридриха Эберта имело основание сомневаться, другие добровольческие формирования снимали и арестовывали депутатов тюрингских солдатских советов, не подчинившихся правительственному указу о восстановлении в войсках единоначалия офицеров. 24 февраля 1919 года в Центральной Германии началась всеобщая забастовка, охватившая провинции Саксонию, Тюрингию и Ангальт. Железнодорожное сообщение оказалось полностью парализованным. Имперское правительство в Веймаре оказалось совершенно отрезанным от остальной части страны. Было прервано энергоснабжение Берлина и многих других крупных городов.

Фридриху Эберту пришлось отозвать добровольцев Людвига Меркера из не замиренной еще окончательно Тюрингии и бросить их на Галле - центр всеобщей забастовки. Вооруженные силы, находившиеся в распоряжении забастовщиков в этом городе, уступали добровольцам Меркера по всем параметрам. Сочтя вооруженное сопротивление в таким условиях делом совершенно безнадежным, "гвардия безопасности", состоявшая в основном из сторонников Независимой Социал-Демократической партии Германии, и батальон революционных матросов под командованием коммуниста Карла Мезеберга отступили из города. Тем не менее, при вступлении добровольцев Меркера в Галле им пришлось преодолевать вооруженное сопротивление отдельных групп "спартаковских боевиков" и уничтожать многочисленных снайперов. "Спартаковцы" потеряли 24 человека убитыми и 67 – ранеными, Меркер – 7 убитыми и 20 ранеными. В результате потери красными Галле всеобщая забастовка в Центральной Германии была "организованно" прекращена 7 марта.

Между тем, окопавшиеся в красной Москве товарищи Ленин, Троцкий и компания продолжали вовсю раздувать пламя мировой революции, которая, по их замыслам, должна была непременно привести к созданию Всемирной Республики Советов или, по крайней мере (для начала), к созданию единой Советской республики в рамках Европы (чтобы все было "по Марксу-Энгельсу"). Завершая свою речь на торжественном заседании в день открытия конгресса Коммунистического Интернационала товарищ В. И. Ленин (между делом, с присущей ему скромностью, присвоивший себе звание "вождя мирового пролетариата"), заявил:

- Товарищи, присутствующие в этом зале, видели, как основывалась первая Советская республика, они видят теперь, как основался III Коммунистический Интернационал, они увидят все, как будет основана Всемирная Федеративная Республика Советов.

(Ленин В. И. ПСС. т. 37, стр. 520).

Тем временем белые добровольцы генерала Меркера продолжали с боями продвигаться все дальше по охваченной смутой Германии. 9 апреля 1919 года они, при поддержке добровольческого корпуса "Герлиц" и флотилии речных военных катеров, с боем вступили в г. Магдебург, разогнали советы солдатских депутатов, разоружили и распустили ненадежные воинские части и организовали из жителей Магдебурга "белое" гражданское ополчение.

17 апреля добровольцы Меркера вступили в Брауншвейг, 11 мая – в Лейпциг, 18 июня – в Эрфурт. 1 июля добровольцы под командованием бывшего генерала германских колониальных войск Пауля фон Леттов-Форбека, имевшие на вооружении бронеавтомобили, минометы, огнеметы и аэропланы, очистили от красных мятежников вольный ганзейский город Гамбург. В Верхней Силезии добровольцам пограничной охраны в условиях объявленного осадного положения удалось сорвать целую серию шахтерских забастовок, инспирированных польскими секретными службами и подпольной организацией сторонников Юзефа Пилсудского "Стрелец".

Белым добровольческим формированиям удалось значительно ослабить натиск "германского отряда армии Мировой революции", но этим они смогли обеспечить себе только временную передышку перед новым раундом "всемирного чемпионата классовой борьбы" (по выражению большевицкого поэта Владимира Маяковского).

9. Мартовские бури.

Несмотря на тяжелое поражение берлинских "спартаковцев" в январе 1919 года, в Имперской столице продолжались забастовки и кровавые столкновения коммунистических сил с полицией и белыми добровольцами. По наущению КПГ рабочие армейских мастерских г. Шпандау отказались шить для солдат военную форму. 27 февраля конференция рабочих делегатов государственных заводов Шпандау потребовала экспроприации всех банков и крупных предприятий, конфискации всех крупных состояний (знакомая песня - "грабь награбленное!") и. . . назначения революционного трибунала для вынесения смертного приговора бывшему германскому Императору Вильгельму II Гогенцоллерну, генерал-фельдмаршалу Паулю фон Гинденбургу унд Бенкендорфу, генерал-квартирмейстеру Эриху Людендорфу и другим "военным преступникам", а также. . . рейхспрезиденту Фридриху Эберту, рейхсканцлеру Филиппу Шейдеману, министру рейхсвера Густаву Носке и прочим "предателям революции"!

Генерал Вальтер барон фон Люттвиц, командующий сконцентрированными в Берлине и в окрестностях города добровольческими частями, со дня на день ожидал нового удара "спартаковцев" – повторения январских событий. На этот раз положение несколько облегчалось тем, что после январских боев выборные (!) командиры и члены Советов солдатских депутатов Берлинского гарнизона были заменены вновь назначенными надежными офицерами. Однако по-прежнему существовала неоднократно упоминавшаяся выше "Республиканская солдатская гвардия" ("Републиканише Зольдатенвер"), в состав которой после январских боев были включены остатки изрядно потрепанной "Народной военно-морской дивизии". Бойцы "зольдатенвера", несмотря на свою лояльность к социал-демократическому правительству Фридриха Эберта, категорически отказывались применять оружие против "своих братьев по классу, обманутых большевицкой демагогией". Поэтому как у министра Носке, так и у барона фон Люттвица на "зольдатенвер" надежды было мало.

Утром 3 марта 1919 года газета КПГ "Ди Роте Фане" ("Красное Знамя") призвала рабочих к всеобщей стачке в поддержку забастовщиков Центральной Германии. В тот же день Общее собрание Берлинских советов рабочих и солдатских депутатов приняло решение о стачке, выдвинув следующие требования:

1) Признание полновластия Советов рабочих и солдатских депутатов.

2) Незамедлительное проведение в жизнь решений I Имперского (Всегерманского) съезда Советов об отмене единоначалия офицеров в войсках.

3) Освобождение всех политзаключенных.

4) Арест всех "участников убийств революционеров".

5) Отмена всех военно-полевых судов и военной юстиции как таковой.

6) Незамедлительное создание отрядов рабочей самообороны.

7) Роспуск всех добровольческих корпусов.

8) Незамедлительное восстановление дипломатических и экономических отношений с Советской Россией.

С началом стачки военные власти объявили в Берлине и его пригородах осадное положение. Газета "Ди Роте Фане" была запрещена, ее редакция и типография разгромлены белыми добровольцами (совсем как редакция "Правды" после провала первой попытки большевицкого переворота в Петрограде в июле 1917 года!).

4 марта белые войска Носке вступили в Берлин. 5 марта "Республиканская солдатская гвардия" получила приказ из городской комендатуры пресечь грабежи в центре города на площади Александерплац. В составе откомандированного подразделения "зольдатенвера" находились военные моряки, завязавшие перестрелку с бойцами белого добровольческого корпуса фон Лютцова перед берлинским полицей-президиумом. Матросов поддержали другие части "зольдатенвера". Белые добровольцы тоже получили подкрепление и применили тяжелое оружие. В ходе боев за площадь Александерплац использовались легкая и тяжелая артиллерия, мины весом до 2 центнеров, самолеты-корректировщики артиллерийского огня и даже авиабомбы. После разгрома "зольдатенвера" в центре Берлина добровольцы обстреляли и взяли штурмом штаб революционных матросов. Бои с "зольдатенвером" развернулись и в берлинском районе Ней-Кёлльн. В результате "зольдатенвер" был почти полностью уничтожен. Бои развернулись по всему городу.

12 марта добровольцы заняли берлинский район Лихтенберг, последний "красный бастион" столицы Германского рейха. В ожесточенных уличных боях "спартаковцы" потеряли убитыми 1300 человек, в числе которых оказался и один из лидеров Коммунистической партии Германии, пламенный интернационалист товарищ Лео Иогихес (впрочем, не известно точно, кем убитый – у него было немало недругов и в рядах собственной партии). Это был тот самый Лео Иогихес, который в 1893 году вместе с такой же русской подданной, Розой Люксембург, организовал Польскую Социал-Демократическую партию на территории Царства Польского, входившего тогда в состав Российской Империи.

Опыт мартовских боев в Берлине был сформулирован генералом Вальтером бароном фон Люттвицем в следующих тезисах:

1) Чем радикальнее средства, тем скорее обеспечивается достижение успеха. На противника, укрывшегося за стенами и баррикадами, производит должное впечатление только огонь артиллерии и минометов. . . Предупредительных выстрелов следует избегать, вести огонь преимущественно на поражение.

2) Не вести никаких переговоров, требовать безоговорочной капитуляции.



Белогвардейцы Веймарской республики. Часть I
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть II
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть III
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть IV
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть V
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть VI
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть VII
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть VIII
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть IIX
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть IX
Белогвардейцы Веймарской республики. Часть X


Название статьи:   Белогвардейцы Веймарской республики. Часть III
Категория темы:   Германская империя История Фашизма Белое движение Вольфганг Акунов
Автор (ы) статьи:  
Дата написания статьи:  9 февраля 2021

Уважаемый посетитель, Вы вошли на сайт как не зарегистрированный пользователь. Для полноценного пользования мы рекомендуем пройти процедуру регистрации, это простая формальность, очень ВАЖНО зарегистрироваться членам военно-исторических клубов для получения последних известей от Международной военно-исторической ассоциации!

Комментарии (0)  Напечатать
html-ссылка на публикацию
BB-ссылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

ВАЖНО: При перепечатывании или цитировании статьи, ссылка на сайт обязательна!

Добавление комментария
Ваше Имя:   *
Ваш E-Mail:   *


Введите два слова, показанных на изображении: *
Для сохранения
комментария нажмите
на кнопку "Отправить"




I Мировая война Австрийская армия Античный мир Артиллерия Белое движение Великая Отечественная война Военная медицина Военно-историческая реконструкция Военно-монашеские ордена Вольфганг Акунов Выставки Германская империя Гражданская война Декабристы Донское казачество Древняя Русь Инфантерия История Фашизма История полков Кавалерия Казачество Крымская война Кубанское казачье войско Наполеоновские войны Николаевская академия Генерального штаба Оружие Отечественная война 1812 г. Офицерский корпус Пажеский корпус Петр I Покорение Кавказа Польская кампания 1831 г. Просто Большевизм Революционные войны Российская Государственность Российская империя Российский Императорский флот Россия сегодня Русская Гвардия Русская Императорская армия Русская армия Русско-Австро-Французская война 1805 г. Русско-Прусско-Французская война 1806-07 гг. Русско-Турецкая война 1806-1812 гг. Русско-Турецкая война 1828-29 гг. Русско-Турецкая война 1877-78 гг. Русско-японская война 1904-1905 гг. Рюриковичи Фортификация Французская армия


Военно-историческая реконструкция

ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЕНО

съ тъмъ, чтобы по напечатанiи, до выпуска изъ Типографiи, представлены были въ Цензурный Комитет: одинъ экземпляръ сей книги для Цензурного Комитета, другой для Департамента Министерства Народного Просвъщения, два для Императорской публичной Библiотеки, и один для Императорской Академiи Наукъ.

С.Б.П. Апреля 5 дня, 1817 года

Цензоръ, Стат. Сов. и Кавалеръ

Ив. Тимковскiй






{sape_teaser}



Поиск по материалам сайта ...
Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество»
Проголосуй за Рейтинг Военных Сайтов!
Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова
Книга Памяти Украины
Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...
Top.Mail.Ru